Император Пограничья 11

— Пару месяцев назад мой человек в Министерстве недр сообщил о новом поставщике в Москву. Я надавил через связи, организовал проверку всех поставок. И знаешь что? Теперь я понимаю — за теми поставками тоже стоял Платонов. Всё это время он водил нас за нос.

Яковлев усмехнулся и достал из ящика стола свёрток.

— А я пошёл другим путём. Нанял архимагистра Велеславского — помнишь старика? Лучший металломант Содружества, хоть и припадочный слегка.

— Изучил образцы из магазина Платонова. По микропримесям, структуре кристаллической решётки, следам магической обработки… — Яковлев развернул свёрток, показывая клинок с клеймом Угрюмого Арсенала. — Пограничье. Эта сталь из Пограничья, Никита. Не из Лихтенштейна, не из-за границы. Из чёртова Пограничья!

Никита Акинфиевич медленно опустился в кресло, переваривая информацию.

— Новая жила… Вот оно что… Он открыл новую жилу возле Угрюма.

— И мы, два старых барана, носились по всему Содружеству, искали несуществующих европейцев, — Мартын Потапович залпом допил коньяк. — Развёл как детей. Сучий висельник!

Они переглянулись, и в этом взгляде было всё — признание поражения, уважение к противнику и холодная решимость.

— Варианты? — деловито спросил магнат.

— Давление через правительство не сработает. Голицын и Оболенский его покрывают. Экономическая блокада? У него появляются новые рынки быстрее, чем мы успеваем старые перекрывать.

— Прямое устранение слишком рискованно. После моей попытки и предупреждения Голицына…

— Зато у него могут быть проблемы с гильдиями, — Яковлев достал скрижаль, показывая запись новостной передачи. — Глава Гильдии артефакторов уже высказался против него из-за конфликта с Академическим советом. Купеческая гильдия тоже недовольна.

— Мои люди копали его прошлое, — Демидов потёр подбородок. — Самосуд над старостой и купцом Гривиным, уничтожение рода Уваровых, атака на объекты князя Терехова и Фонда Добродетели…

— Всё это уже известно и странным образом только добавляет ему популярности, — горько усмехнулся Мартын Потапович. — «Справедливый воевода», «защитник народа». Тьфу!

— А связи с преступным миром?

— Не доказаны, увы. Коршунов, его главный советник — работает умело. Чист как стёклышко.

— Тогда остаётся создать компромат. Подставить, подбросить улики…

— После Елецкого? — Яковлев покачал головой. — Хочешь быть следующим на дуэли с этим бесноватым безумцем?

Никита Акинфиевич встал и прошёлся по комнате, размышляя. Наконец остановился у камина.

— Новая жила — это удар по нам обоим, Мартын. Нарушение всей системы, которую мы выстраивали. Может, пора признать очевидное?

— Что мы должны объединиться?

— Именно.