Пограничье

— Вы действительно хотите говорить об этом здесь, где нас каждый может услышать?

   Вельзевул Аззариэлевич подмигнул ей и небрежно дернул плечом:

   — А что такого? Мужчина рассказывает понравившейся женщине сказку... — понравившаяся женщина равнодушно пропустила мимо ушей комплимент, даже бровью не дернув, и пан Ясневский, слегка раздраженный ее холодностью, уточнил:

   — И потом, если бы я проводил вас в другое, более уединенное место, вряд ли бы дело ограничилось разговорами.

   Слишком самоуверенно, слишком по-мальчишечьи, слишком откровенно, но чертовски приятно, что она все-таки покраснела.

   Он вздохнул и вынужденно признался:

   — Уверяю вас, полог тишины никому не позволит узнать о наших с вами тайнах, дорогая, — он подозвал девочку, сновавшую с кувшинами между столиками и, сделав заказ, снова повернулся к Ангелине.

   — А сказку я вам все-таки расскажу. И называться она будет, допустим, «Русалочка».

   Давно это было. В те стародавние времена, когда боги еще жили среди людей и щедро одаривали их волшебными умениями и магическими способностями. А может, и не так давно, а гораздо ближе к сегодняшнему дню, чем кажется. Как бы то ни было, в одном темном-темном лесу жил-был мальчик. И больше всего на свете он мечтал о том, чтобы стать великим магом, самым великим в мире, а лучше — в обоих мирах.

   Но талантов у него было не так чтобы и много, а слова матери о том, что девяносто девять процентов таланта — это упорный труд, в те далекие времена казались мальчику нудным бредом и абсолютной чепухой.

   — Путь к тому, чтобы стать великим магом, сложен и тернист, — говорил учитель, который сам не был великим, но при этом почему-то пытался учить величию других. — Сначала ты помощник ученика, потом ученик, потом помощник мага, друг мага, соратник мага. И только потом, если судьбе будет угодно, ты можешь — подчеркиваю, можешь, мой друг — стать настоящим магом.

   Ждать так долго мальчику совсем-совсем не хотелось. Молодость в принципе ждать не умеет, а уж если ты молод, горяч и при этом наполовину черт, о каком ожидании вообще может идти речь? Тем более, если у тебя в кармане абсолютное доверие учителя и беспрепятственный вход в любой зал Библиотеки.

   Мы, кажется, забыли уточнить, дорогой слушатель, что учитель был Библиотекарем, а мальчику на роду было написано заменить его на этом важном посту. Когда придет час, само собой. Да-да, мой дорогой друг, в те далекие темные времена не было ни Университета ангелов, ни Библиотечного факультета при нем... Хотя, если подумать, то Университет-то, пожалуй, и был. Но его закрытость и отгороженность от остального мира и близко не позволяла никому представить, что за древними белыми стенами когда-нибудь сможет учиться кто-то, в чьих жилах не течет ангельская кровь.