Погоня за отцом

Неделю назад, в субботу, девятнадцатого августа, Гудвин позвонил сержанту Стеббинсу и задал ему несколько вопросов о происшедшем три месяца назад несчастном случае, при котором погибла женщина по имени Элинор Деново. И наплел Стеббинсу с три короба о том, что вы тут, дескать, просто болтали на криминальные темы. В понедельник утром я пришел и спросил Гудвина в лоб, с какой целью он звонил Стеббинсу. Гудвин заявил, что ни ему, ни вам не известно про этот случай ничего, кроме того, что было в газетах. И что никто к вам по этому поводу не обращался. И еще, что единственный ваш клиент – девушка, которая просит помочь разыскать ее отца. Жаль, что Гудвина нет. Где он?"

"Вулф. Его нет, мистер Кремер. А задавать вопросы таким тоном вы мне будете только тогда, когда я увижу подписанный ордер.

Кремер. Хорошо, я спрошу иначе. Если к вам никто не обращался по поводу того дела о наезде, почему вы тогда предлагаете пятьсот долларов за информацию об Элинор Деново? Значит, Гудвин опять наврал?

Вулф. Нет. Могу только повторить то, что он сказал вам неделю назад. Это чистая правда. Я…

Вулф замолчал, потом выпалил:

– А как он, черт возьми, узнал, что объявление поместил я?!

Я развел руками:

– Кто-то в какой-то газете решил оказать услугу какому-то полицейскому. Если я выясню, у кого рыльце в пушку, вы можете написать гневное письмо издателю.

– Пф! Ладно, продолжим.

Вулф. Это чистая правда. Я не занимаюсь этим наездом. А интерес моего клиента к Элинор Деново связан не с ее матерью, а с тем временем, когда она была жива. Вам следовало понять это из текста объявления, в котором речь идет о давно ушедших годах.

Кремер. Кто такая Карлотта Вон?

Вулф. Вы сегодня туго соображаете, мистер Кремер. Разве не очевидно, что Карлотта Вон и Элинор Деново – одно и то же лицо? Остальные сведения, полученные мной от клиента, носят конфиденциальный характер и никак не связаны с наездом.

Кремер. Вы не можете знать это наверняка. Когда я расследую уголовное дело, только я могу решать, что имеет к нему отношение, а что нет.

Вулф. Неужели я должен опять повторять? Снова должен напоминать вам, что до тех пор, пока дело не завершится, мои логические умозаключения принадлежат только мне, и никому другому. Утаиваю ли я какие-либо сведения от блюстителя правосудия? Да. Имеют ли они отношение к проводимому им расследованию? Нет. И вам еще никогда не удавалось заставить меня поменять это «нет» на «да». Добейтесь этого, и я полностью в ваших руках.

Кремер. В один прекрасный день я этого добьюсь, черт побери! Вы у меня тогда попляшете.

Вулф махнул рукой в сторону прихожей, выпроваживая воображаемого Кремера:

– В следующий раз я запишу разговор на магнитофон. Вопросы?

Я сел поудобнее.

– Вопросов нет, но есть два замечания.