Погоду делают маги

Взору предстала довольно аскетичная обстановка, но это и понятно. К чему во временном убежище лишние вещи? Несколько широких лавок выполняющих функции кроватей, стол и плита, работающая от встроенного артефакта. Все чистенько, все прибрано. Я обрадовалась. Продуктами пополнить запас не могу, тем более что появился еще один незапланированный рот, но подзарядить нагревательный артефакт запросто. На полке нашлись крупы и соль.

Детей кормят кашей, насколько я знаю, но поскольку мой ребенок — волчонок каша будет с колбасой. Просто скормить кольцо колбасы — расточительство, а добавить несколько кусочков в крупу самое оно. Муся полностью одобрила мои действия, и начала ехидно выражать сожаление, что ничем не может помочь по хозяйству. Ручек нет, масса тела не позволяет тяжелое поднимать, а заставлять ее перебирать зерна чревато — все склюется и она не виновата — инстинкт.

— Обжора и лентяйка, — помешивая кашу, в шутку укорила я синицу и принялась жаловаться испуганному волчонку, чтобы разрядить обстановку: — Вот смотри, Вень, маленькая, а лопает как крокодил."

"— Сама ты крокодил. Не слушай ее, Веник, я кушаю мало-мало, — весело защебетала Муся. — Но часто-часто. Ты там на мою долю крупы подсыпь. И вообще, если включить воображение ты сейчас на ведьму смахиваешь. Одна в лесной избушке… варишь колдовское зелье. Приворотное, небось?

— Да-да, я баба Яга Костяная Нога, а ты мой фамильяр облезлый кот Синиц.

— Чё это облезлый? И где это я кот? Максимум ворона. А коты вообще враги. Ненавижу!

— Сорока ты, потому что трещишь без умолку. И вообще на наши продукты клюв не разевай, иди вон червячков себе наковыряй. Да, Вень, где это видано синиц кашей кормить? Сорри, приворотным зельем.

Волчонок повеселел, следя за шуточной перепалкой и переводя взгляд с птицы на человека. Очень интересно, сколько ему лет в человеческом исчислении. Пять? Шесть? Может семь? Не поймешь в этой волчьей шкурке. Маленький, но на вопросы кивает вполне осознанно.

Готовую кашу я быстро остудила воздухом, чем заслужила уважительный взгляд Вени.

Лавки в избушке стояли голые и правильно. Нечего антисанитарию в общественном месте разводить. Подстелил свой плащ, поспал и поезжай дальше. Правильно-то правильно, но ужасно жестко.

— Да, лежаночка так себе, — прокомментировала Муся, глядя на мои попытки улечься поудобней и ехидно добавила: — Прям сердце кровью обливается, как представлю… что мой Майоранчик вчера тоже так мучился, бедняжка.

Ну, подруга… напомнила! Я только забылась от навалившихся забот. Неужели до самого Момыша меня будет преследовать призрак принца? Везде-то он проехал и оставил свои следы, а где еще не успел, Муська подсуетится — нафантазирует. Так и возненавидеть человека недолго.