Атомный поезд. Том 1

Еще недавно он работал в Центральном аппарате и жил в Москве, как вдруг новое назначение в эту дыру. Скорее всего, сыграло роль то обстоятельство, что Николай Тимофеевич имел опыт оперативного обслуживания первого БЖРК, курсировавшего по железным дорогам Советского Союза еще в 1988 году. А может, это просто предлог, а на самом деле он пал жертвой борьбы между «коренными» и «варягами». Такое противостояние постоянно идет во всех центральных ведомствах. То на ключевые посты ставят хорошо знакомых и проверенных москвичей, то вдруг приходит другая волна, и аппарат начинают забивать шустрыми выходцами из провинции. Как бы то ни было, а после столицы оказаться в диком степном краю, – этого никому не пожелаешь!

В задачи Кравинского входило бдительное наблюдение за личным составом всех трех экипажей поезда, обслуживающим персоналом, охраной и строжайшим соблюдением государственной тайны. При любой утечке информации или злостном нарушении устава кем-либо из сотрудников спрос будет непосредственно с Николая Тимофеевича. И спрос нешуточный. Понятное дело, что все это не добавляло Кравинскому жизненного оптимизма и не избавляло от душевной горечи, связанной с переездом из столицы в отдаленную глубинку. Но в целом он смирился. А его благоверная супруга Алла Петровна все еще продолжала бунтовать – и против богом забытого Кротово, и против вечной занятости мужа, и против драконовских порядков военного городка. Разрушительная сила этих бунтов обрушивалась на одного человека: самого Николая Тимофеевича. И дополнительно угнетала его нервную систему. Правда, недавно ему удалось пристроить Аллу Петровну председателем женсовета, так что теперь ее энергия получит полезный выход.

– Что будем делать, товарищ подполковник? – озабоченно спросил Сомов.

– Иди, доложи Булатову. Пусть будет в курсе."

"Николай Тимофеевич сдернул квадратные очки со своего большого мясистого носа, растер пальцами переносицу и водрузил их на прежнее место. В это время раздался телефонный звонок. Трезвонил дальний белый телефон специальной связи. Звонки по нему, как правило, никогда не приносили ничего хорошего.

Кравинский потянулся и нехотя снял трубку.

– Кравинский слушает.

– На боевом посту, Николай Тимофеевич?

Голос звучал весьма тихо и отдаленно, но это один из недостатков закрытой для прослушивания линии. Кравинский без труда узнал Кандалина. Уполномоченный хренов! Кто его и куда уполномочил? Сидит себе в Тиходонске и названивает во все концы: там стрелку не вовремя перевели, там цистерну солярки не выставили.