Поединок. Выпуск 18

О местонахождении Хэнретти 21 августа суд получил два противоречащих друг другу свидетельских показания. Некий мистер Фрэнк уверял, что видел обвиняемого в девятнадцать часов в Лондоне. Но за это время отыскалась в Ливерпуле кондитерская, в которой Хэнретти спрашивал дорогу. Владелица, миссис Олив Дин-вуди, вызвалась приехать в Лондон и дать показания.

Она заявила, что 21 августа была весь день вместе с маленькой внучкой в лавке, и вспоминает, что около шестнадцати часов тридцати минут зашел человек, чтобы узнать дорогу. Разговор был совсем короткий, и она все не узнает в Хэнретти того человека, которому тогда ответила на вопрос. Еще раньше в Ливерпуле миссис Динвуди приглашали в полицию для дачи показаний, и она из пачки предложенных фотографий выбрала снимок Хэнретти и сказала, что именно этот человек побывал в ее кондитерской.

Выступление кондитерши из Ливерпуля стало сенсацией дня. Первая часть алиби Джеймса Хэнретти, в которое мало кто верил, подтвердилась. Ему противостояло показание мистера Фрэнка, но оно опровергалось до мельчайших деталей совпадавшими высказываниями обвиняемого и свидетельницы из Ливерпуля. Все решало 22 августа, о котором пока не было данных.

Выступил мистер Эйкот из Скотланд-Ярда и доложил об итогах расследования. Его подвергли перекрестному допросу, который затянулся на два дня. Мистер Шерард обвинил инспектора полиции в некорректности, неточности и недостаточной глубине следственных действий.

Он разоблачил лживое утверждение, что патронные гильзы были найдены в отеле до появления в номере нового постояльца. Потом защитник спросил:

– Мистер Эйкот, вы назвали причины, по которым Питер Элфон не был привлечен вами. Важную роль сыграли при этом слова и действия преступника, нетипичные для личности мистера Элфона. Но те же слова и действия нетипичны для личности мистера Хэнретти. В частности, бандит назвался Джимом и очень хотел спать. Можно ли это соотнести с обвиняемым?

– Нет.

– Преступник утверждал, что в детстве его запирали в подвал и он много лет провел в воспитательных учреждениях. Это ведь не имеет отношения к биографин Хэнретти?

– Нет.

– Преступник, кроме того, говорил, что восемнадцать месяцев его разыскивали из-за грабежа со взломом и потом посадили на пять лет. Происходило такое с моим подзащитным?

Инспектор Эйкот не мог дать убедительных доказательств вины Джеймса Хэнретти. Затем обвиняемого допросили как свидетеля по его собственному делу. Он описал поездку в Ливерпуль и пребывание в Райле. Обвинитель высказал мнение, что вся история выдумана и алиби сконструировано искусственно.

– Мне остается надеяться, – сказал Хэнретти, – что мое проживание в пансионате будет доказано.

А защитник добавил, что весь город занят поисками, этого дома.