Подземная война

 – Адреса скоро лягут вам на стол. Фотографии подозреваемых – здесь. – Лейтенант положил на стол тонкую папку.

– Не выдали себя, собирая сведения?

– Мы старались, – смутился Бабич.

Старались они… Лавров задумался. Шила в мешке не утаишь. О том, что органы проявляют интерес к местному партизанскому движению, скоро будет знать каждая собака. Нужно ли это утаивать? Почувствовав внимание, преступники насторожатся, но вряд ли уйдут из города. Будут продолжать подрывную деятельность. Или сделают перерыв, понаблюдают, каких успехов в их поимке добьется СМЕРШ. Сил у контрразведки – кот наплакал. Почему все считают, что СМЕРШ – это мощь, огромная структура со своими вооруженными силами и переизбытком ищеек? Несведущий человек даже не подозревает, что контрразведка испытывает кадровый голод, оперативники выбывают постоянно. Работать некому, а требуют многое, на счету каждый человек."

"Оперативный отдел, который он возглавил, только за текущую неделю потерял троих, и неизвестно, что будет дальше. Дело деликатное, опасность может появиться откуда угодно. По договоренности с начальством содействие могут оказать сотрудники областного управления РКМ (только областное – никаких районных), наготове отделение автоматчиков, все это хорошо, но думать и планировать должны именно присутствующие в кабинете головы…

– С этого дня – полная осторожность. Ходите и оглядывайтесь. Будьте начеку, держите оружие наготове. Сотрудников милиции привлекать только в крайнем случае. Действия должны быть согласованы. Фигурантов прорабатывать ненавязчиво… пока, во всяком случае. На адресах перечисленных товарищей постоянно должны присутствовать сотрудники в штатском – наблюдать, но не светиться.

Майор с отсутствующим видом перебирал фотоснимки фигурантов. Одни были размыты, на других присутствовали еще и посторонние лица, а нужные фигуры были обведены карандашом. Усатый широколицый Коробейник, какой-то снулый невыразительный Горобец – обладатель удлиненного лица и мутных глаз; невысокий, но жилистый Булавин – коротко стриженная окладистая борода, внимательный взгляд; рослый внушительный Мещерский с ястребиным носом и таким же взглядом – именно таким и должен быть партийный вожак.

Алексей перебирал снимки, всматривался в лица и вдруг начал испытывать какой-то «живительный» трепет. Его словно залихорадило. Пришло волнение, затруднилось дыхание. Чем пристальнее он всматривался в фотографии, тем сильнее его охватывало возбуждение. Интуиция что-то сообщала, но это был рыбий язык, которому майора не обучали. Такое вообще возможно? Опыт работы в органах подсказывал, что да. Но если бы все было так просто…

– Что-то не так, товарищ майор? – насторожился Осадчий.