Подводная война

Выражение лица Антея напомнило Климу знаменитую картину «Не ждали!»

Кто автор картины, Клим не смог вспомнить, тем более что и знаток живописи из него был никакой, однако удивление Антея было неподдельным.

В это время в себя пришел Сид. Он закашлялся, замотал головой и, сморщивщись, сказал:

– Какая гадость! Как вы можете это принимать внутрь?! Такое ощущение, что вы дали мне просроченное масло, настоянное на хинине! – возмущенно сказал Сид, все еще мотая головой.

– Насчет просроченности лекарства не могу ничего сказать. По-моему, чистый опий хранится очень долго. Это лекарство ездит со мной по миру уже лет пятнадцать, – обрадовал Антей своего «пациента».

– Вы можете продолжить увлекательную беседу о пользе лекарственных препаратов во время движения! – напомнил Клим, открывая заднюю дверцу автомобиля.

– Разворачивайтесь – надо ехать назад! – приказал Сид, нимало не интересуясь судьбой собственного водителя.

– На такой узкой дороге этот автомобиль не развернуть! – заметил Антей.

– До ближайшей развилки пять километров! – обреченно вздохнул Сид.

– Не плачь, девочка, сейчас все решим! – обнадежил Клим, выскакивая из автомобиля.

– Что ваш товарищ собирается делать? – брюзгливо спросил Сид, обращаясь к Антею.

Продолжения беседы Клим не услышал, так как захлопнул заднюю дверцу.

Отойдя на пять метров назад, Клим вытянул вниз руки. Чуть согнул пальцы, и нож уже плотно приклеился к ладони. Место расчистки Клим выбрал специально позади автомобиля.

Тому было несколько причин.

На ровной площадке метров десяти в диаметре росли одинаковые колючие кусты метра два высотой. Вся остальная обочина заросла кустарником вперемешку с деревьями. Да и ямы там попадались.

Сняв рубашку, Клим обмотал ею левую руку и приступил к работе.

Нож – прощальный подарок Дейла – резал кустарник, как растаявшее масло.

Пять минут ударной работы, и площадка шириной пять метров и длиной десять была расчищена. Срезая под самый корень торчащие стволы кустарника, Клим остановился перед метровым отростком, оказавшимся в самом конце «просеки». Едва он дотронулся ножом до странного одинокого ствола, как полыхнуло не хуже световой гранаты. В голове Клима звонко щелкнуло. Теперь он точно вспомнил, как подчинять крокодилов.

Подчинять – это, конечно, громко сказано, но трогать его крокодилы не должны были.

Хотя морские крокодилы и родственники обычным, но при одном взгляде на них у Клима мороз шел по коже.

Обугленный ствол кустарника упал, едва Клим снова дотронулся до него.

На земле осталась лежать короткая, не больше двадцати сантиметров, темно-коричневая полированная палочка с утолщением на конце. Едва Клим поднял ее, как подбежал Сид и с благоговейным ужасом уставился на нее.