Подставная фигура

Тело дрожало, как в лихорадке, в голове плыл туман. Он достал ручку, привычно проделал нужные манипуляции – окошко с цифрой наглядно подтвердило, что это не обычная письменная принадлежность, а оружие. Грозное и не оставляющее следов.

За завтраком, с аппетитом уплетая жареную картошку (мать ворчала и раздраженно гремела кастрюлями), Савик вдруг понял, что долг ему скостят. И еще он понял, что не будет больше пасти ларечников – пусть другие пасут, кто попроще и помоложе.

Он сам не знал, откуда у него взялась такая уверенность. Просто что-то резко поменялось в его судьбе.

Перед Савиком открывались невиданные перспективы.

* * *– Титановый сплав, унификационного номера в Госстандарте нет, – обстоятельно докладывал Гарянин. – Зато в секретном приложении «Военная промышленность» его формула имеется, по ней Сименкин и произвел идентификацию. Сплав создан в 1985 году, исключительно прочен, жароустойчив, не подвержен коррозии. Вечный металл. Но в производстве сложен и дорог, выпускался ограниченными партиями строго по целевому назначению.

– Вот как, – сказал Фокин. Мысли его были далеко.

– В восемьдесят пятом четыре килограмма пошли на обтекатель разведывательного спутника «Протон», – продолжал Гарянин. Он видел, что шеф не в себе, но личные проблемы не могут остановить расследование дела государственной важности.

– Через год три килограмма – на оболочку экспериментального портативного ядерного фугаса, тогда же НИИ-47 изготовил два корпуса ядерных чемоданчиков – основной и резервный...

«Почему именно в этот день? – тяжело думал Фокин. – Сказали: „обнаглел“... Что я такого сделал? Как раз и ничего... Вначале был на осмотре, потом составлял справку Ершинскому, потом прикрывал Чуйкова...»

– Я позвонил в Федеральную службу охраны, – в голосе оперативника отчетливо прорезались нотки гордости. – Оба чемоданчика на месте.

– Странно, очень странно, – вслух сказал Фокин, и Гарянин отнес реплику к своему рассказу

– Но дело в том, что в начале восемьдесят седьмого тот же НИИ изготовил еще два чемоданчика по заказу ЦК КПСС, – торжествующе произнес он. – Обломки на месте взрыва – одного из них!

– Да? – вяло удивился майор.

– Других вариантов нет.

Прозвонил телефон, и Фокин схватил трубку. Апатия и отрешенность мгновенно прошли.

– Слушаю!

– Ей показали наши альбомы, – сказал Клевец. – Она никого не узнала...

«Идиоты! Она сразу сказала, что их не видела!»

– По сперме тоже ничего не вышло. Группы распространенные – вторая и третья, в банке данных таких сотни... Сейчас трясем всех подучетных, подняли агентуру. Татарин – кличка ходовая, ищем. Будут новости – сообщу.

– И если не будет, сообщай. Потом на доклад зашел Дьячко."

"– Это суперсекретная взрывчатка для спецопераций! – с порога выпалил он.