Подставная фигура

Макс взял Спеца под мышки, потянул. Веретнев подхватил под ноги. Положили на холодный песок. Макс заметил, что один ботинок остался в машине. Он пошарил под сиденьем – нашел, поставил рядом с телом. Что еще?

Веретнев стоял прямой как столб, губы его шевелились. «Молится он, что ли?!» – поразился Макс.

– Давай это... Салют. Чтобы по правилам... Оружие немецких диверсантов хрипло прокаркало в низкое чугунное небо. Потом пистолеты забросили в воду, тело накрыли перевернутой лодкой.

Веретнев попросил сделать обезболивание – мучило сломанное ребро. Макс вкатил ему несколько кубиков новокаина.

– Это Владимир Петрович купил, – вспомнил он, закрывая аптечку.

– Он все предусмотрел, – кивнул Веретнев. – Если бы не жилеты, мы тоже были бы трупами!

– Точно! – У Макса все еще ломило левую часть груди. Пуля попала в самую середину защитного сегмента, оставив в нем заметную вмятину.

– То фляга, то эта вставка... Ты везунчик! – Повертев в руках, Веретнев забросил погнутую пластину далеко в море. – Это судьба...

Макс кивнул, потирая грудь.

– Давайте приведем себя в порядок.

Он открыл багажник, достал дорожные сумки с вещами. Они сняли провонявшую потом, порохом и смертью одежду, вымылись холодной морской водой и переоделись.

– Что будем делать с камнями?

– Давай разделим, чтобы не в одной корзине, – предложил Веретнев.

Макс выгреб на заднее сиденье содержимое карманов своей куртки, потом опустошил куртку Спеца.

– Ну и ну! – выдохнул Веретнев.

До этого момента деньги, состояние, богатство представлялись ему огромной кучей пахнущей типографской краской бумаги с портретами, цифрами, видами на Капитолий, личной подписью главного казначея США и водяными знаками... Сейчас он увидел нечто другое. Груда тщательно отшлифованных алмазов размером с крупную горошину, несколько штук почти с перепелиное яйцо. Чистый и острый, режущий свет. Уходящие в бесконечность лабиринты прозрачных граней...

Деньги были тоже – пачечка пятисот– и тысячефранковых купюр. Но они сейчас не воспринимались как обычно, теряясь на фоне сказочного сияния драгоценных камней. Бриллианты затмевали собой все. Нет, это не листки казначейской бумаги. Это не просто богатство. Это что-то гораздо большее... Это неземная гипнотизирующая красота..."

"– Раскладываем надвое, по размерам, – скомандовал Макс, и они принялись за дело.

Скоро на потертой коже сиденья образовались две одинаковые кучки бриллиантов по сорок пять мелких и четыре крупных в каждой. Примерно одинаковые. Когда сортировку ведут неспециалисты и на глаз – полную справедливость соблюсти трудно. Поэтому уравнять чаши весов должен беспристрастный Случай.

– Эта – орел, – показал Макс рукой. – А эта – решка.