Подстава

 – Я… не ожидал подобного поворота. Я… Мелани, вам требуются успокоительные препараты?

И вот в жизни бы не согласилась, а сейчас лишь тихо выдохнула:

– Да.

– Хотите поспать? – вопрос уже от вошедшего вызванного офицером сотрудника медслужбы.

– Да.

Едва слышно зажужжала капельница, вгоняя в мою вену транквилизаторы, а я лежала, и не ощущала ни спокойствия, ни успокоения, ни сонливости.

Столько ночей я представляла себе его темные, ставшие почти родными глаза, от взгляда которых, будь все проклято, замирало сердце. Столько раз в состоянии бодрствования я удерживала себя, вспоминая, насколько сильными и нежными были его объятия. Столько мгновений, в которые я промерзала до костей, мне вспоминались поцелуи архонта, и становилось тепло, несмотря на то, что приходилось спать на голом бетоне в подвальных помещениях. Я, сознательно дистанцируясь от ужасов Дирана, нарисовала для себя образ идеального Эриха, и, кажется, отчаянно влюбилась в него.

Вот он итог – уничтожил и растоптал меня совершенно не посторонний объект. А мужчина которого я безумно люблю…любила.

И пусть он не знает о моих чувствах, а он никогда не узнает, но обо всем остальном Эрих знал. И его поступок – подлость. Жестокая, выверенная, циничная подлость. Хрень космическая, как же больно.

– Она спит? – услышала я заданный вполголоса вопрос офицера Тамрана.

– Нет, – ответил сотрудник санчасти. – Скорее что-то вроде транса. Не знаю, что произошло, но похоже на состояние психологического шока. Адмирал что-то…

– Действия адмирала не обсуждаются, – оборвал его Тамран. – Увеличьте дозу снотворного, изолируйте помещение. Девочке нужен отдых.

Помолчал и добавил исключительно для себя:

– А мне информация.

Усмехнувшись и не открывая глаз, произнесла:

– Хотите узнать, что такое Деран? Не советую. Иначе в кошмарах до конца ваших дней будет сниться. Уж поверьте, я знаю, о чем говорю.

Глаз я не открывала, но по тяжелому вздоху, по отсутствию звука шагов догадывалась, что Тамран все так же стоит рядом, испытывая по отношению ко мне, видимо, бесконечную жалость. Зря, мужик. Если кого-то и стоило пожалеть, то не меня точно. Я, конечно, дохну сейчас, и потом мне придется не сладко, но я из десанта… жалеть в итоге придется Эриха!

Внезапный рев сирены заставил все же посмотреть на мир закрывающейся медкапсулы, и я не сдержала усмешки, едва прочла то, что сейчас протранслировалось вероятно на каждый экран адмиральского крейсера.

«Мел, сообщение передано. Сэ».

В ту же секунду программеры отбили хакерскую атаку, в капсуле вновь воцарился белый стерильный свет, а я… я лежала и улыбалась.

Кем бы ни была крыса в разведуправлении, она нихрена не ведала об Исинхае. А Исинхай это Исинхай – мужик свое дело знает.