Подстава. Книга вторая

Затем, игнорируя Тамрана, подошел ближе, медленно наклонился, и у моего уха, а я не дернулась даже когда эта махина наклоняться начала, едва слышно прошептал:

– Подозрительный.

– И в чем же вас подозревают? – повернув голову и вопросительно глядя на него, поинтересовалась я.

Размяв могучие плечи, Харсейди хмыкнул и поинтересовался:

– Спарринг?

– В день моей свадьбы? Да счас!

– Я буду осторожен, – заверил риантан.

С нескрываемым подозрением оценила его физподготовку, затем лицо явно недовольного происходящим Тамрана, и кивнула, предупредив на всякий случай:

– По лицу не бить.

– Не буду, – с предвкушением пообещал Харсейди."

"И мне как-то очень не понравился его взгляд. Я бы даже сказала – сильно не понравился.

Риантан армии Танарга направился на ринг, срывая с себя мундир по мере движения и… Тут такое дело, танаргцы так со своей формой не обращаются. Форма это то, что достается им тяжелым трудом, форма это то, что отражает их статус, и… Харсейди на меня с таким подчеркнутым интересом никогда не смотрел. А еще, как бы я ни недолюбливала танаргцев, я была вынуждена признать – они умны. И риантан армии Танарга едва ли произнес бы «Вы ее вообще не кормите, что ли?», учитывая что он сто процентов знал, что нам известно о камерах и прослушке.

Так что на риантана, оставшегося в черной майке без рукавов и форменных брюках я теперь смотрела, уже даже не сомневаясь, что Харсейди управляют. И как бы… я догадывалась кто.

«Эрих», – позвала мысленно.

Мы старались не использовать эту форму общения, потому что я после нее сильно слабела, но сейчас ситуация была из ряда вон выходящая.

«Сволочь тайремская, вернись ко мне», – потребовала я.

И ощутила легкий шум в голове. Да, я слабела сходу.

«Прекрати! Сейчас буду», – сообщил Эрих.

И я улыбнулась ожидающему меня на ринге Харсейди. Ну кому еще выпадает шанс набить морду целому риантану? Да никому. Я единственная. Мне вообще везет!

– Мелани, – напряженно произнес Тамран.

Но кто бы его слушал.

Поправляя перчатки с обрезанными пальцами, на которых мне уже с утра сделали маникюр, я направилась на ринг, отмечая с каким удовольствием, восхищением и даже вожделением рассматривает меня риантан. И да – я еще не поднялась, но уже знала, что бить он будет по лицу. Целенаправленно. Потому что кто-то явно хотел испортить мне свадьбу. Мечтатели. Наивные очень.

Скользнув на ринг, я ощутила эйфорию. Пока легкую. Но зато эйфорию. Раз интим мне не дают, хоть подерусь нормально.

И широко улыбнувшись риантану, который явно был не в себе, я встала в простейшую боевую стойку. В такую, которую используют новобранцы фактически, потому что любой нормальный спец позами «воробушка» себя не обременяет.

Но Харсейди не сказал даже слова.

То есть, он не проходил военную боевую подготовку.