Подсказчик

 — Полагаю, что это стало своего рода наваждением. По крайней мере для начальника этой тюрьмы. А также для работников прокуратуры. Другие заключенные на этот счет выдумывают самые разные небылицы.

Мужчина продолжал смотреть на девушку совершенно невозмутимо.

— А для меня все предельно ясно. Ибо я знаю ответ. Вы — тот самый человек, которого мы прозвали Альбертом и которого до сих пор разыскиваем.

Мужчина никак не отреагировал на слова девушки.

Заключенный, ни на мгновение не снижая темпа, продолжал тереть свою миску.

— Затем, чуть более четырех месяцев назад, вы решили сдаться властям. Я нисколько не сомневаюсь, что это было сделано с особым умыслом. В тюрьме вашим сокамерником оказался Винсент Клариссо. В вашем распоряжении был почти месяц на то, чтобы перед его выходом на свободу дать ему наставления. После чего, едва оказавшись за пределами тюрьмы, Клариссо начал претворять в жизнь ваш план… А именно похищать девочек, отрезать им левую руку, подбрасывать трупы, тем самым указывая на все те злодеяния, которые никто никогда не был бы в состоянии раскрыть… В то время как Винсент доводил дело до конца, вы находились здесь, чтобы никто не мог вас ни в чем обвинить. Эти четыре стены — ваше великолепное алиби… Но кульминацией вашего плана остается Горан Гавила.

Мила достала из кармана одну из аудиокассет, обнаруженных ею в кабинете криминолога, и бросила ее на кровать. Мужчина проследил взглядом траекторию падения кассеты, прежде чем она успела приземлиться в нескольких сантиметрах от его левой ноги. Он не шелохнулся, даже не уклонился от нее.

Мила почувствовала, как учащенно забилось ее сердце. Это был гнев, возмущение и что-то еще.

— Вы нашли способ связаться с ним, оставаясь все это время в камере. Просто гениально: когда вас поместили в одиночку, вы стали разговаривать с самим собой, словно какой-то умалишенный, при этом вы знали, что вас будут прослушивать, а затем полученные записи отдут эксперту. И не какому-нибудь заурядному. А самому лучшему в своем деле…

Мила указала на кассету.

Мужчина не понял сарказма Милы, а может, просто не обратил на него внимание. По тому, как он, не отводя глаз, смотрел на Милу, складывалось впечатление, что ему был небезынтересен конец этой истории.

— Но вы далеко не единственный человек, кто умеет проникать в подсознание людей… В последнее время я многое узнала про серийных убийц. Теперь мне известно, что они делятся на четыре категории: фантазеры, миссионеры, гедонисты и претенденты на власть… Но есть еще и пятый тип: убийцы, действующие через подсознание.

Мила пошарила в кармане, достала сложенный лист бумаги и развернула его.