Подсказчик

Мила обратила внимание, что в последние дни та относилась к ней довольно спокойно. Она часто выпадала из реальности, полностью поглощенная своими мыслями, наверное из-за семейных неурядиц.

Роза подняла на Милу глаза:

— Черт! Смотри не потеряй, поняла?

«Забираю свои слова обратно…» — промелькнуло в голове Милы.

Девушка, проигнорировав вопрос Розы, попыталась подняться в фургон, чтобы взять себе робу. Но женщина встала на лестнице, преградив ее дорогу.

— Эй, я с тобой разговариваю!

— Нравится разыгрывать из себя учительницу?

Роза стояла всего в нескольких сантиметрах выше ее головы. Снизу Мила чувствовала исходивший от нее запах сигарет, жевательной резинки и кофе. Девушке захотелось обойти ее или даже сказать ей пару ласковых.

Но затем она вспомнила слова Горана по поводу развода Розы и о проблемах с пищеварением ее дочери и предпочла повременить.

— Почему ты на меня злишься, Роза? Я всего лишь выполняю свою работу.

— А тебе не кажется, что в таком случае ты уже давно должна была найти шестую девочку?

— А знаешь, я не думаю, что ты надолго задержишься в этой группе. Сейчас, кажется, ты их покорила, но рано или поздно они поймут, что мы прекрасно можем обойтись и без тебя.

Роза отодвинулась в сторону, но Мила осталась стоять на своем месте.

— Если ты так меня ненавидишь, почему же после того случая в приюте, когда Роке хотел выкинуть меня, проголосовала за то, чтобы я осталась?

Женщина повернулась лицом к Миле и с интересом на нее посмотрела.

— Кто тебе это сказал?

Роза, тряхнув головой, рассмеялась.

— Видишь ли, милая, как раз поэтому-то ты и не продержишься долго. Ведь ты узнала об этом по секрету, а рассказав мне, ты уже его выдала. И к тому же он тебя обманул… Потому что я проголосовала против.

И, оставив остолбеневшую Милу на ступеньках фургона, Роза уверенным шагом направилась к дому. Девушка в полной растерянности посмотрела ей вслед. Затем она вошла в фургон, чтобы переодеться.

Крепп гарантировал им, что это будет его Сикстинская капелла. Подобное сравнение с комнатой на втором этаже виллы Ивонн Гресс вовсе не казалось таким уж рискованным.

В наши дни шедевр Микеланджело был подвергнут радикальной реставрации, вернувшей фреске прежнее истинное великолепие и освободившей ее от толстого слоя пыли, копоти и животного воска, скопившегося с течением веков в результате использования свечей и жаровен. Реставраторы начали работу с маленького — размером с почтовую марку — фрагмента, для того чтобы получить представление о том, что же под всем этим скрывается. Их удивлению не было предела: из-под толстого слоя сажи показались такие необыкновенные краски, вообразить красоту которых прежде даже не представлялось возможным.