Отец подруги

— Я предложил в выходные поехать ко мне на даче, — терпеливо повторяет он. Сделаем шашлыки, поплаваем в бассейне, пока погода позволяет.

Я машинально поворачиваюсь к Лене. А она-то что по этому поводу думает? Если поедет, то я конечно присоединюсь. В каком-то смысле я от нее полностью завишу.

— Надо подумать, — с сомнением отвечает она, поймав мой взгляд. — Выходные я хотела с папой провести. Но если у него планы изменятся, то почему нет?

Все-таки Ленка действительно близка со своим отцом, если готова отказаться от намечающейся тусовки ради времени с ним. Меня даже зависть берет по-белому. Мой папа был очень молчаливым и замкнутым, и мне часто казалось, что я ему не слишком-то интересна.

— Борису Александровичу большой привет передавай, Лен, — говорит Слава, как мне чудится, с почтением. — Слышал, он новый объект в Подмосковье начал."

"На это Ленка лишь беспечно пожимает плечами.

— Понятия не имею, если честно. Папа работу не любит обсуждать, а я не настаиваю. О, вот, кстати, и он звонит… — Схватив зажужжавший телефон, она прикладывает его к уху и начинает бодро тараторить: — Да, пап. Ты уже здесь? Поняла… Хорошо, выходим.

При мысли о скорой встрече с Лениным отцом, я снова ощущаю всплеск волнения, правда списываю его на неловкость от утреннего инцидента. Думаю, Бориса Александровича нечасто путают с наемным шофером.

— Ну что, встаем? — Ленка лезет рукой в сумку и протягивает мне упаковку жвачки. — Держи на всякий случай, чтобы в машине перегаром не дышать.

Я моментально запихиваю в рот полпачки и начинаю активно жевать. Будет жутко, если стекла запотеют. Да и вообще…

Парни выходят на улицу вместе с нами, отчего я испытываю легкую досаду. Из меня пока не выветрился дух школы, нашептывающий, что пить в компании взрослых мальчиков — плохо.

Темный седан стоит справа у входа, опасно переливаясь в полумраке своими полированными боками. Я машинально ощупываю толстовку — не задралась ли? — и резко оборачиваюсь, когда чувствую руку на своем плече. Миша.

— Пока ты не уехала, хотел твой номер телефона узнать, — таинственно щурясь, говорит он. — Не против?

Я чувствую смятение. И не потому, что парень просит у меня телефон — уже за столом было ясно, что Михаилу я понравилась. Скорее от того, что это происходит прилюдно.

— Эм… Ладно, записывай… — выпаливаю я и машинально оборачиваюсь, проверить, не задерживаю ли остальных. По коже разбегаются миллионы покалываний: отец Лены в этот момент пожимает руку Славе и его взгляд по случайности падает на меня.

Густо покраснев, я снова отворачиваюсь и быстро диктую Мише свой номер. Просто потому, что пообещала. Надеюсь, Борис Александрович после этого не подумает, что вместо учебы я собралась романы крутить.

— Круто.