Подруга пирата

У него было такое чувство, что, если он не сделает этого, то ворвется назад в библиотеку и будет душить Блекстоука до тех пор, пока с его предательских лживых губ не сорвутся слова правды.

И лишь только мягкий шелест юбки, предупреждающий, что кто-то идет по лестнице, остановил его. Он поднял голову с готовностью кивнуть приветственно и идти своей дорогой, но взгляд золотистых глаз остановил его. Гнев и боль в ее глазах боролись друг с другом, но Джасинда силилась скрыть свои чувства.

— Леди Джасинда, — сказал Тристан, и его взгляд упал на платье цвета клубники. — Как великолепно вы сегодня выглядите!

Она не удостоила его ответа.

Как ему хотелось поцеловать ее прошлым вечером. И он поцеловал бы, если бы в дверях неожиданно не появился Блекстоук. Что ему было делать? Сейчас у него в сердце не было места для женщины. Особенно, для этой.

— Я полагаю, вы закончили свои дела с лордом Роджером? — спросила Джасинда прохладным тоном.

Черт! Она великолепна. И горда тоже.

— Очень успешно. Спасибо, — ответил Тристан.

Он думал о том, как она чувствовала себя в его объятьях, когда прошлым вечером они вальсировали по залу. Она так вела себя в его руках, как будто была создана для него. Он также вспомнил, о чем они говорили. Тристан предупредил ее, чтобы она не тревожилась, а она ответила, что не будет. На этом было бы лучше остановиться.

— Я должен уходить, — он надел на голову шляпу.

Джасинда неохотно улыбнулась.

— Я и не думала вас задерживать, капитан Дансинг. Всего хорошего! — И, продолжая спускаться по лестнице, девушка прошла мимо него, даже не взглянув.

От мыслей о том, что могло бы произойти между ними, Тристан почувствовал острую боль сожаления и потери, но сейчас у него не было времени гадать о том, что могло бы случиться. Решительным шагом он вышел из дома, вскочил на своего коня и погнал его легким галопом по дороге.

После отъезда Блекстоука из Бонклер Джасинда почувствовала облегчение. Напряжение последней недели сказывалось у нее на нервах. Ей не следовало показывать свое презрение к человеку, который скоро станет ее мужем. И сейчас, в полной мере осознавая это, Джасинда чувствовала постоянную боль в груди. Она не исчезала ни на секунду с того самого вечера, когда был костюмированный бал, с той самой секунды, когда Тристан оставил ее в библиотеке с Блекстоуком, показав тем самым, что она для него всего лишь пешка в игре и больше ничего.

Больше уже ей не снился ни рыцарь в сверкающих доспехах, скачущий к ней, чтобы увезти с собой, ни воображаемый капитан корабля. Но сейчас ей хотелось, чтобы сны вернулись. Ее боль уменьшится, если хоть во сне к ней будет являться безликий возлюбленный. Это лучше, чем знать, что ты отвергнута мужчиной, с которым едва знакома, но хотела бы знать лучше.