Подруга пирата

— Добрых снов, дедушка, — прошептала она, чувствуя какую-то особенную радость от того, что теперь у нее есть право так называть его.

Тристан обнял Джасинду за талию и вывел из спальни герцога. Она прижалась к нему, положив на плечо голову. Они тихо прошли по длинному коридору и, наконец, остановились у другой двери. Тристан свободной рукой открыл ее и, обняв Джасинду, провел в комнату. Он смотрел ей в лицо, упиваясь обожанием и любовью, горевшими в ее золотистых глазах.

— И все же мне так много хочется узнать, — взволнованно, прошептала Джасинда. — А еще больше мне нужно рассказать тебе.

Его губы заставили ее замолчать, осыпая поцелуями. Нежность Тристана была гораздо могущественнее его силы. Когда он опять поднял голову, в его черных глазах теплился огонь любви и желания.

— Будет очень просто расторгнуть твой брак с Блекстоуком. И тогда у нас впереди будет много времени для разговоров, любовь моя. Целая жизнь. — И пока губы Тристана нежно целовали Джасинду, его руки подняли ее и понесли в спальню.

В камине, согревая комнату, жарко горел огонь. Покрывала, словно приглашая к отдыху, были аккуратно отвернуты. Тристан положил Джасинду на кровать, но когда захотел отойти, ее руки, так крепко обвитые вокруг его шеи, не дали ему шелохнуться.

— Не оставляй меня, Трис! — тихо прошептала она.

— Никогда, Синда! Больше никогда!

Он встал на колени рядом с кроватью, сгорая пламенем страсти. Он снова и снова целовал ее, лаская языком ее язык и губы. Джасинда пальцами гладила его спину, не торопясь, пробиралась вверх к шее, к затылку. Она слышала, как учащенно бьется его сердце, и ее возбуждение тоже росло."

"Тристан откинулся назад, рассматривая ее лицо, освещенное трепещущими языками пламени, смотрел, как ее волосы, словно огонь, горят ярким светом, читал желание в ее золотистых глазах. Его пальцы скользнули к пуговицам ее платья и начали свой медленный спуск, пуговица за пуговицей, пока не спали одежды, стесняющие белоснежную грудь.

— Какая ты красивая, — прошептал Тристан.

— И ты, любовь моя, — в ответ произнесла Джасинда. — Ты такой красивый, что нельзя оторвать глаз от тебя.

Он поднял ее, сбрасывая оставшуюся одежду, зачарованно любуясь ее грудью, залитой лунным светом. С губ Тристана сорвался стон, он уронил Джасинду на кровать и впился в ее нежно-розовые соски, лаская их языком.

И пока Тристан прикасался губами к ее телу, Джасинда закрыла глаза и упивалась каждой секундой этого удивительного и мучительного момента. И чего бы ни касались его пальцы, что бы ни целовали его губы, в ее душе росло теплое, волнующее чувство.

— Тристан, я так люблю тебя! И ты люби меня!

Тристан отпустил Джасинду, встал рядом с кроватью и в мерцающем свете огня разделся. Он опять подошел к ней, но Джасинда остановила его.