Подруга пирата

С его помощью я найду убийцу Тристана.

Герцог застонал, и Джасинда подняла голову. Он силился произнести какие-то слова, питался заговорить. Медленно он закачал головой из стороны в сторону. С его искривленных губ срывались мучительные звуки.

— Нннннееееееетттт.

Джасинда опять заплакала.

— Простите, ваша милость, — шептала она. — У меня нет выбора. Я буду всегда любить только Тристана. До самой смерти буду любить его. Но я должна сделать это. Должна!

— Нннннеееееттт… — Лицо старика покраснело от усилий, с которыми он произносил это слово. Правая сторона лица, казалось, обвисла еще больше.

Его искаженные страхом глаза испугали ее.

— Ннннеееттт…

Джасинда вскочила и бросилась к двери.

— Сиделка! Быстрее! Сюда!

Она стояла в дверях, когда в комнату влетела сиделка.

— Успокойтесь, ваша милость, — уговаривала она, — держа руками его за плечи. Но Локсвоз продолжал смотреть на Джасинду, мыча одно только слово.

Сиделка повернулась к ней.

— Пожалуйста, миледи, уйдите! Он должен успокоиться, его нельзя так волновать.

Слезы ослепили Джасинду, она кивнула и, ничего не видя перед собой, спустилась по лестнице. Все вышло даже хуже, чем она ожидала. Теперь и герцога она тоже потеряла.

Она осталась совершенно одна.

ГЛАВА XXX"

"Настал день свадьбы. Черные грозовые тучи заволокли все небо, и дождь лил слезы на мокрую землю. Бонклер сжался от леденящего холода. И несмотря на огонь, зажженный в каждом камине особняка, теплее не становилось.

Невзирая на строгие указания дочери, леди Сандерленд пригласила многочисленных гостей. Долго утром Джасинда сидела у окна, наблюдая за прибывающими к дому каретами. Веселые и любопытные люди выходили из своих черных экипажей и спешили в особняк. Они приехали посмотреть на ее свадьбу с виконтом Блекстоуком, позавидовать ее будущему состоянию, которое принесет ей столь выгодный брак. Они надеются услышать ее рассказы о месяцах заточения, о страшных и жестоких вещах, которые вытворяли с ней злодеи, и будут шептаться о глупости Блекстоука из-за того, что он все-таки женится на ней, запятнанной, конечно же, должно быть, после случившегося. В этот момент Джасинда их всех ненавидела.

Дверь в спальню открылась и закрылась, но Джасинда не повернула даже головы, чтобы посмотреть, кто вошел.

— Миледи?

— В чем дело, Брайдли?

— Леди Сандерленд говорит, что вам пора одеваться, мисс. Его милость уже приехали.

Джасинда прислонилась лбом к стеклу.

— Еще немного, Брайдли.

— Я приготовлю вам ванну, мисс. — Служанка на цыпочках, словно из дома скорби, вышла из комнаты.

Как бы он поступил, если бы она вдруг перед всеми гостями отказалась выходить за него замуж? Что будет, если она откроет окно и выбросится на землю? Джасинда вздохнула, понимая, что ничего такого она не совершит.