Коза дракону не подруга

Агата злится на тебя, а Кеннет, кажется, предпочел бы выпить зелье Амброзиуса и превратиться в ходячий айсберг, чем прикоснуться ко мне хоть пальцем…

Я представила, как они с Клариссой, словно две глыбы из льда и камня, будут дрейфовать по безупречно обставленным гостиным своего прекрасного дома, внушая почтительную дрожь любому случайному гостю. Разве это жизнь?

Уолтер некоторое время хмурился, потом осторожным тоном, каким обычно говорят с детьми и больными, лишенными разума, ответил:

– Энни, он вообще-то лорд.

– Ты прав. Вчера я об этом как-то забыла.

Между нами опять повисло молчание. Уличные молочницы продолжали зазывать покупателей с такой настойчивостью, что мне вдруг нестерпимо захотелось джина. Очень кстати вспомнилось поручение Фокса:

– Фокс предложил нам сегодня собраться в «Золотом лососе».

Нед кивнул:

– Давно пора. Старик уехал, но это не значит, что мы должны бездействовать.

Мой напарник как-то приободрился. Я тоже встряхнулась. Уолтер прав – я слишком заигралась. Конечно, когда в твою жизнь в одночасье врываются нежнейшие шелка и изысканные яства, это кому угодно вскружит голову! Вчера я забылась до такой степени, что едва не навязалась в любовницы графу. Кеннет еще проявил деликатность, что не начал смеяться прямо при мне! Куда подевался мой разум?! Нужно срочно воззвать к нему и вернуть прежнюю Энни, которая прилежно трудилась в магистрате и была вполне довольна своей участью! И тогда, если мне повезет, когда-нибудь я выйду замуж, например, за скромного помощника аптекаря.

* * *С тех пор как мы с Амброзиусом стали свидетелями рождения Шайн, он взялся меня учить. Незаметно, исподволь. Он рассказывал мне о Daine-Sidhe, обольстительных и опасных, об их мудрости и коварстве. О знаменитом Каррахморском кристалле – волшебном шаре из горного хрусталя, который невежественные крестьяне с острова Эрин использовали для лечения скота: если положить этот шар в ручей, и провести через него животных несколько раз, можно исцелить их от всех болезней. На мой взгляд, не самый плохой способ применения волшебного предмета.

Амброзиус учил меня трем сильнейшим гаданиям: по воде, огню и глине. Он говорил, что есть три великих силы: сила, что подымается – огонь, сила, что падает – вода, и сила, что таится в земле и хранит тайны мертвых – глина.

Он рассказывал о Каллиах Вер, синелицей ведьме с Нагорья, о дружелюбных гоблинах с рудников, всегда готовых помочь заплутавшему путнику, если тот проявит учтивость. И о гораздо менее дружелюбных почитателях кровавой древней богини, умеющих послать за врагом летящий нож. Этот нож мог преследовать несчастного многие дни, и перед тем как он пронзит жертву, та услышит в воздухе свистящий звук.

Я приходила в обитель волшебника, когда у меня было неспокойно на душе.