Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2

— Я… — сейчас, не ощущая от него агрессии, я вновь попыталась начать разговор. Последняя попытка перед гибелью. Но я успела произнести только одну букву, после чего Винченсо тут же сжал пальцы на моем подбородке настолько сильно, что мне показалось, будто он вот-вот сломает мне челюсть.

— Замолчи, — глаза резко потемнели и в голосе послышалась ярость.

Я зашипела от боли и прогнулась в коленях, пытаясь хоть как-нибудь избежать этой хватки. Но Медичи отпустил меня, лишь когда сам посчитал это нужным, оставляя на моем лице болезненное жжение от его пальцев.

— Ты мешаешь своими разговорами, — прорычал Винченсо вновь, заставляя меня поднять голову. После этого взгляд Медичи вновь скользнул по моему лицу и постепенно из глаз парня начала исчезать та жуткая темнота и мне показалось, что он настраивался на что-то и ранее, моя попытка заговорить, отвлекла парня.

Прошло еще несколько секунд и вот Медичи взял меня за руку, после чего быстро повел к кровати. Сам сел на ее край, после чего резко потянул меня на себя. Из-за этого я чуть не упала на Винченсо, но, прежде чем это произошло, он ловко подхватил меня и усадил к себе на колени, так, что теперь я была к нему лицом.

В его глазах запылал сильный голод и вот уже рука парня вновь смяла мою грудь. На этот раз более грубо, но в тот же момент как-то жадно. Вторая ладонь легла сзади на шею, безоговорочно заставляя отклонить голову назад и, как только я, повинуясь, сделала это, почувствовала, как губы Медичи коснулись моей скулы. Не было поцелуя. Лишь касание, но уже от него мое лицо вспыхнуло и в том месте я ощутила нечто сродни вспышки молнии.

Зашипела сквозь стиснутые зубы, от того, что губы Винченсо коснулись шеи, грубо целуя и болезненно покусывая кожу. По телу побежал сумасшедший жар, чередуясь с острым покалыванием и мне захотелось взвыть во весь голос, лишь бы унять лихорадочность мыслей. Не хотела этого ощущать. Не желала, чтобы ненавистный человек, подчиняя себе, вызывал в теле приятную слабость своими жесткими поцелуями. Это было так унизительно и вызывало саморазрушение.

Уже до скрежета стискивая зубы, я старалась абстрагироваться от того, как Медичи целовал мое тело. Жарко, жадно и, временами, болезненно. Оставляя следы и жжение на коже.

— Мелкая… — отдаленно мне показалось, что он произнес это слово, но я и в этом не была уверена. Зато, я расслышала его рык, с которым Винченсо одной рукой приподнял меня за бедра и губами словил мой сосок. Меня будто бы ошпарило кипятком и буквально на несколько секунд я забыла как дышать, как-то сама по себе, прогибаясь в спине. Ощущение его губ на моей груди — еще один сильный удар, дающий понять насколько я слаба. Медичи игрался с моим телом, наглядно показывая, что оно мне не подвластно.