Принцесса, подонки и город тысячи ветров

В него входило несколько подразделений: береговая и пограничная охрана, следственное бюро, служба безопасности с их безжалостной Серой Гардой, собственно городская полиция со всеми квартальными и приставами, что-то ещё…

И, конечно, отдел магнадзора с Красной стражей Возмездия. И Эрланн, получается, всей этой махиной заведует… А Стордаль сейчас так запросто говорит о моей магии…

– Вы кто?!.. – сердце, кажется, забыло, как биться.

– Ваш друг, Ветерок, – спокойно ответил Стордаль. – Ничего, что я так фамильярно? Эстель – это мило, но Ветерок – это прям вся ваша суть. О, или это был вопрос? Ну, вы же помните нашу маленькую игру…

Мэтр Норриг, лучший артефактор Дансвика, клялся и божился, что никому не под силу распознать во мне мага с этим его кулоном. К семнадцати годам я скопила на первый взнос за эту невзрачную вещицу, причём сама попросила сделать её такой простенькой с виду. Окончательно расплатилась только спустя два года и до сих пор ещё должна Ольме-красавчику: он не пожалел в своё время ни денег, ни доброго совета.

Можно, конечно, прийти к артефактору и спросить за некачественно выполненную работу, но, сдаётся мне, дело вовсе не в кулоне…"

"– Кто. Вы. Такой.

Прозвучало ровно, уж насколько смогла унять отчаянно колотящееся сердце. Даже не вопросом – утверждением. Да, хевл тебя задери, я помню правила и сейчас сделала ход.

Стордаль перестал улыбаться.

– Рад, что вы спросили. Я Смотрящий. Но, судя по озадаченности, вам это ни о чём не говорит. Неудивительно, так как подозреваю, что теории магии вас не обучали. Что уж говорить о её истории. Кстати, мне показалось, что вы очень торопитесь. Я готов ответить вам развёрнуто, но чуть позже, когда вы не будете каждую минуту смотреть на башенные часы…

– Говорите сейчас!

Время действительно поджимало. Но судьба старших «акулек» это одно дело, и совсем другое – собственная тонкая шкурка.

– Ну что ж. Я не маг в обычном понимании. Даже в некотором роде ущербный. Хоть я и родился от двух магов, но вся магия Стордалей по прихоти природы досталась первенцу моего отца. Кристару. Как вы, наверное, поняли, он старший. Я родился на два года позже и от другой матери.

– Я думала, вы близнецы.

– О, у отца была сильная порода. Мы оба его копии. У моей матери тоже была магия, но и та полностью растворилась в её первом мертворождённом ребёнке.

Фе́йльктиг, вспомнила я когда-то вычитанное слово. Лишённый наследственной магии, что даётся по праву рождения. Ужасная судьба. Такое случается, когда двое магов одержимы друг другом настолько, что всю свою силу отдают первенцу. Для следующих детей не остаётся ничего. Обычно пара магов отдаёт лишь часть магии ребёнку, оставляя не менее половины себе и другим потомкам. А Стордалю не досталось ничего – ни от отца, ни от матери.