Закон подлости

А вместо приветствия спросил:

- Злишься?

Маша подошла, стараясь не думать о том, что на ней простенькие джинсы и футболка из старого, оставшегося в доме родителей, гардероба.

- На что именно?

Стас выдал смятённый выдох.

- Поводов много, да?

- Стас, зачем ты приехал? Я же говорила, что не нужно.

- Что не подходящий момент, - поддакнул он. – А когда он будет подходящим? У нас с тобой?

- Кто бы знал.

- Вот и я о том же. – Стас разглядывал её. Потом позвал: - Маш. Я скучаю. – Он руку к ней протянул, сделал попытку обнять за плечи. – А мы ругаемся и ругаемся.

- Предлагаешь перестать?

- Предлагаю успокоиться.

Из подъезда вышла соседка, глянула на них с неподдельным любопытством, и намеренно громко поздоровалась:

- Здравствуй, Маша.

Пришлось оглянуться, улыбнуться и поздороваться, как положено, чтобы родители после не выговаривали:

- Здравствуйте, тётя Галя.

Стас проводил женщину взглядом, та ещё и обернулась на них через плечо, явно, что его разглядывала. Узнала или нет, осталось тайной. Возможно, её сам факт заезжего жениха заинтересовал и его спортивная машина. А у Маши возникло ощущение, что на них из всех окон смотрят, не хватало ещё, чтобы кто-то из соседей, особенно молодых, оказался особо прытким, Стаса узнал и заснял на телефон или камеру. С нынешними возможностями уличного шпионажа можно ожидать всего чего угодно.

- Пойдём в квартиру, - сказала Маша, решив, что её личные причины не желать этого, менее весомы, чем возможные проблемы Стаса со средствами массовой, точнее, «жёлтой» информации."

"- Пойдём. – Он взял её за руку. Так привычно, но отчего-то странно. Маша даже посмотрела на их руки. Но спорить не стала и направилась к подъезду. Старалась не наблюдать за Стасом, не замечать, как он посматривает по сторонам. На кособокую лавочку, на самодельные клумбы из автомобильных шин, на не крашенную подъездную дверь. Конечно, он не вырос в мыльном пузыре, и знал, как живут обычные люди. По крайней мере, он так считал, имел какое-то представление, но нужно честно признать, что у Стаса Тихонова не было необходимости снисходить до обычных людей. Его всегда занимали другие ценности, интересы, и до лавочек у подъезда, на которых проводит вечера дворовая молодёжь, ему дела не было. И сейчас ему, судя по всему, было любопытно. В первые минуты. Он откровенно присматривался.

Галина Ивановна встретила их в дверях. И Маша сразу поняла, что мать растеряна и не знает, как себя вести. На Стаса смотрела, пыталась улыбаться, но то и дело косилась на дочь, видимо, ожидая подсказки. Подсказывать было нечего, и поэтому Маша просо представила:

- Мама, это Стас, я тебе рассказывала. А это моя мама, Галина Ивановна.

Стас заучено, но радушно улыбнулся.

- Очень приятно познакомиться. Давно ждал этого момента.

Маша кинула на него изучающий взгляд.