Закон подлости (СИ)

Смахнув с себя потную ладонь этой пародии на супергероя, разворачиваюсь всем корпусом и, сдвинув пальцем ткань его маски, недовольно кричу ему в ухо:

— По-моему, мышь [1] — не самая подходящая пара для кошки!

Этот идиот, похоже, воспринимает мои слова как остроумную шутку, потому что, рассмеявшись, с силой притягивает меня к себе за талию и проходится языком по моей шее, оставляя мокрый след. Видит Бог, я предупреждала! Без долгих раздумий бью его коленом в пах, и он сразу же разжимает свои лапы, сгибаясь пополам:

— С-с-у-у-ка! — читаю по губам, потому что через грохот музыки сложно что-либо расслышать.

— Мяу! — злостно бросаю этому придурку и спешно ретируюсь в сторону туалетов, чуть не врезаясь в «ночного стража», который, наверное, хотел мне помочь.

К счастью, очереди в туалет нет. Немудрено, ведь вечеринка только началась. А мне уже хочется домой. Когда я шла сюда за сменой обстановки, я не подразумевала под этим смывание чужих слюней со своей шеи. Забавно, раньше я не гнушалась знакомиться в клубах и даже целоваться со случайным понравившимся парнем, пригласившим на танец. Теперь же меня передёргивает от отвращения. Моя кожа ещё помнит прикосновения и поцелуи другого мужчины, буквально заклеймившего меня ими. Мне противно и брезгливо от того, что кто-то другой сейчас прикасался ко мне. Чувствую себя какой-то осквернённой, хотя ничего страшного даже случилось. Меня не покидает ощущение, что я предаю саму себя.

Боже, помоги мне забыть его! Каждый раз, когда я вспоминаю Макса, тоска обрушивается на меня с удвоенной силой. Она не даёт мне свободно дышать, сдавливая грудную клетку и тот орган, что бьётся внутри неё. Я скучаю по нему. Ещё не было и минуты, чтобы я не думала о нём, пытаясь разгадать ребус «Почему он так со мной?». Как бы я не храбрилась и не пыталась делать вид, что не произошло ничего из ряда вон выходящего, это не так. Совсем не так. Сначала он собственноручно взрастил крылья за моей спиной, а потом сам же и отобрал их, дав упасть на землю с большой высоты. Ходить пешком после того, как тебя научили летать, уже не приносит такого счастья.

Закрываю воду и делаю глубокий вдох, опираясь на раковину. Когда я стала такой слабачкой? Может просидеть тут до конца вечеринки? Чувствую себя чужой на этом празднике жизни.

Вдруг со стороны крайней кабинки слышу приглушенные стоны. Или всхлипы. Не могу точно определить природу этих звуков. Прислушиваюсь, пытаясь понять, от боли эти стоны или от удовольствия. Жалобный скулёж сразу активирует во мне тревожный режим, и я спешу в ту сторону.

— Эй, всё в порядке? — осторожно стучу в дверцу кабинки, которая оказывается незапертой.

Медленно открываю её и обнаруживаю девушку, сидящую на полу боком ко мне.