Подкидыш для депутата. Выбор сердца

Сминаю руками его пиджак и дергаю на себя, но Дима старается сохранять дистанцию, для чего упирается кулаками в кровать по обе стороны от меня.

Поцелуя не разрывает, но и не пожирает жадно, как раньше. Он будто контролирует каждое свое действие. Сдерживается. Ради меня.

Чем внимательнее и аккуратнее ведет себя Дима со мной, тем сильнее я воспламеняюсь.

До конца не понимаю, готова ли я к близости с ним. С физической стороны я в порядке, но психологически… Я все еще немного боюсь. Но, тем не менее, снимаю с мужа пиджак, а потом ослабляю галстук и переключаюсь на пуговицы его рубашки.

На этом этапе замираю. Пока решаю, поддаться чувствам или попросить мужа остановиться, Дима развязывает пояс моего халатика, скользит по животу сквозь шелковый топ, а потом приподнимает ткань.

Затаив дыхание, жду, что будет дальше. Муж крайне осторожен сегодня, считывает каждую мою эмоцию, следит за реакцией.

Убедившись, что я не впадаю в истерику и не сопротивляюсь, отрывается от моих губ и переключается на шею, плечи, спускается к груди, вызывая мой слабый стон. Ведет невесомыми поцелуями по животу. В самый низ.

Не замечаю, как избавляет меня от коротких шортиков.

— Ди-им, — настороженно зову.

— Тшшш, котенок, — шепчет Дима, обдавая внутреннюю сторону бедра горячим дыханием. — Доверься мне, — движется поцелуями к намеченной цели и, достигнув ее, пронзает всю меня разрядом тока.

Я даже сказать ничего не в состоянии, потому что кровь превращается в кипящую лаву. Сердце бешено стучит в груди, а разум накрывает пелена. Поцелуями и аккуратными прикосновениями Дима умело возносит меня на пик блаженства. Впервые в жизни испытываю подобное.

Сипло постанываю имя мужа, кусаю губы, дрожу и мечусь, словно в горячке.

В какой-то момент теряю контроль, отбрасываю скромность и громко вскрикиваю, сминая руками простынь.

Пытаюсь восстановить сбившееся дыхание, но тщетно. Отпустив все сомнения, наслаждаюсь волнами, что прокатываются по моему телу, и медленно возвращаюсь в реальность.

Будто сквозь туман, ощущаю как Дима возвращается поцелуями вверх, дольше приличного задерживаясь на груди. Касается губами ключицы, а потом отстраняется, чтобы перехватить мой взгляд.

— Я скучал по твоему голосу, — рвано дышит мне в лицо. — Забыл, какой ты можешь быть, — покрывает поцелуями щеки, — горячей, страстной, громкой и… вкусной, как оказалось, — добавляет многозначительно, вгоняя меня в краску.

Обжигающими ладонями поглаживает мое тело, нежно, трепетно. Но подобные ласки распаляют сильнее.

— Дим, я… — мямлю растерянно.

— Не бойся, котенок. Я же обещал, что не трону, — проводит носом по моей шее, прикусывает мочку уха. — Но за тобой должок, — говорит игриво. — Вернешь после родов. С процентами.