Подкидыш для депутата. Выбор сердца

Серьезно? У меня в руках заключение гинеколога!

Осознав, насколько глупа ее ложь, Катя поспешно исправляется:

— То есть да, — произносит чуть слышно. — Но тебя это не касается, Дима. Ребенок не твой.

Выстреливает в меня жестокой фразой, а сама и бровью не ведет. Смелая и… глупая. Потому что не понимает, как сильно в этот момент хочу ее придушить!

До боли сжимаю челюсть, быстро опускаю взгляд на Катины бумаги. Лишь бы на нее саму не смотреть сейчас.

Не мой ребенок, значит? От другого беременна? От своего урода мужа? Чего же он тогда условия нормальные жене обеспечить не мог? Сплавил сюда на сохранение. Впрочем, тот подонок вполне мог так поступить.

Но все же…

Я проверю Катины слова!

Пролистываю «обменную карту», пропускаю целый ворох каких-то справок и анализов. Что же их так много-то! Ощущение, будто Катю не к родам, а к полету в космос готовят. С трудом, но все же нахожу интересующую меня информацию.

Срок. Точный срок. По календарю и по узи.

Мысленно сверяю даты, и из груди вырывается победный смешок. Я будто джек пот сейчас выиграл.

— Я все еще не разучился считать, Кать, — ухмыляюсь довольно. — И на этот раз отлично все помню.

Намекаю на ее обман по поводу Маши и нашей с Катей совместной ночи, которую я якобы забыл. Теперь же все иначе.

Я уверен, что в тот отрезок времени, когда мы были вместе, эта лгунья спала только со мной. Ее муж, по информации из проверенных источников, прохлаждался за границей и вернулся в день нашей ссоры. Сама Катя была под моим постоянным контролем. Ей нужно было серьезно постараться, чтобы изменить мне. Да и не похожа она на легкомысленную особу, которая «тестирует» чужие постели. Достаточно вспомнить, скольких мне усилий стоило затащить ее в свою! Зато сразу наверняка.

Улыбаюсь одними уголками губ. Все-таки Катя не выпила те таблетки. Наверное, я — полный придурок, но… рад этому.

Нам надо обсудить случившееся. Решить, что делать дальше с нашими странными «отношениями».

— Послушай, Кать, ты носишь моего ребенка и… — уравновешенно начинаю я, но она вдруг срывается.

— Ты заберешь у меня его? Как Машу?

Укладывает ладони на свой чересчур плоский для беременной животик и судорожно всхлипывает. Ох, уж эти вспыльчивые будущие мамочки!

Еще и Машей меня попрекает! Сама ее из детдома «в аренду» взяла, на время. Чтобы меня наказать. Теперь я крайний! Все для Машеньки делаю, бьюсь с удочерением, как безумный. Но нет. В глазах Кати я — монстр! Да и плевать!

— Сейчас это чисто физически невозможно, — качаю головой. — Катя…

Но она не намерена слушать. Вместо этого начинает плакать. Одинокие слезинки стекают по ее бледным щекам, глаза тут же краснеют."

"— Потом? Дождешься, пока рожу? И отнимешь, а меня выкинешь за дверь? — ее голос звучит все громче и отчаяннее.