Подкидыш для хулигана

И со мной Леша чаще всего ведет себя не как скотина, а как нормальный парень. И я просто теряюсь. Вчера еле заснула, все никак наш разговор из головы не шел, и хотелось… глупостей всяких. Даже вспоминать стыдно.

— Выше нос, Пчелка, а то я оставлю тебя у входа, чтобы не позориться, – уколол меня Горин, возвращая меня с небес на землю.

— Позориться? Я тебе собака что ли, чтобы у входа оставлять?

— Ты такая кислая, что про меня плохое подумают. Только поженились, а жена недовольная, – Леша подхватил меня на руки, и потащил в ресторан, к маленькому гардеробу. — Мне репутация фигового мужа не нужна. Ты должна выглядеть довольной, и уставшей, а не как женщина тяжелой судьбы.

Он поставил меня на пол, и под веселым взглядом хостес, начал стягивать с меня пальто. А я покраснела, поняв, о чем он говорил. И этого самого у меня никогда и ни с кем не было. Невинность я хранить не планировала, как-то само получилось.

— Вот, уже лучше. Румяная какая, – хмыкнул Леша, взял меня за руку, и мы, в сопровождении хостес пошли в зал.

Планировали раньше родителей приехать, чтобы встретить их, но я, из-за несвойственной мне рассеянности дважды возвращалась в квартиру. То за сумочкой, то за мобильным. Потом попросила Лешу остановиться у магазина, и купить воды и энергетический батончик.

В итоге мы приехали почти последними. За столом уже сидит мой папа, чувствующий себя явно не в своей тарелке, хмурый Герман, и Элина, что-то нервно говорящая с натянутой улыбкой.

— Добрый вечер, простите за опоздание, – я хотела сесть на стул, но сзади услышала довольный взвизг:

— Доча! Танька, дай обниму!

— А эту кто позвал? – услышала я недовольное папино бурчание, обернулась, и увидела, как ко мне несется мама, а позади медленно идет грузный мужчина – новый мамин муж. Сбилась со счета, который.

— Мама, – я почти искренне ей обрадовалась, и обняла ее. — Ты так загорела!

— А ты бледновата. Румяна купи, и бронзер. Могу посоветовать, какие тебе подойдут, – затараторила мама, но сбилась, и с любопытством уставилась на Лешу, и его родителей, избегая глядеть на папу. — А ты тот самый Алексей? О, Герман, здравствуй, дорогой! Элиночка, чудесно выглядишь. Неужели мы породнились?

Мы с Лешей переглянулись, и оба пожали плечами. Я и не знала, что мама знакома с Гориными. Но это ведь хорошо, что они знакомы?

— Здравствуй, Вика, – кивнула Элина, и внимательно посмотрела на меня. — Не могу сказать, что рада тебя видеть.

Если раньше в глазах Лешиной мамы была теплота, то сейчас она меня холодом обдала. Но я-то что сделала?!

— Лина, да брось, все ведь в прошлом, – рассмеялась мама, и положила руку на плечо дяди Жоры. — Теперь я не угроза.

— Теперь ты наша родственница, – процедила Элина, и поднялась из-за стола. — Простите, я на пару минут.

— Я тоже, – подскочил Герман.