Подельник века

– Да я бы с ра… – Барышня осеклась. А Георгий даже засмеялся:

– Ну чего ты забоялась, зверя, что ли, страшного за моей спиной увидела?"

"Ратманов оглянулся – позади стоял Двуреченский.

Причем неизвестно, насколько давно.

– Викентий Саввич?

– Георгий… Не помню, как вас по батюшке… На пироги, значит, собрались…

А вам-то что? Мог бы ответить Георгий, однако сдержался.

– Так точно-с, – вместо этого сказал он и даже вытянулся во фрунт.

– Вольно… – Двуреченский скривился. – Пирогов не обещаю, но кое-какие рабочие вопросы будет время обсудить… Стефания Марковна, отпустите молодого человека?

– Да-да, Викентий Саввич, непременно! – Стеша даже покраснела, зачем он с ней так…

– Вот и славно. Тогда через… – Двуреченский посмотрел мимо попаданца на часы, служащие основным украшением первого этажа полицейского управления, – … четверть часа у меня.

Коллежский секретарь поклонился, четко обозначив конец беседы, и удалился к себе. А Георгий снисходительно посмотрел на Стефанию, лицо которой просто пылало в присутствии одного из начальников. Нет, все же молодая и наивная Стеша – не его поля ягода, Ратманову больше соответствуют хитрые и матерые… Так думал попаданец, поднимаясь к Двуреченскому через пятнадцать минут. Подобные Рите с Хитровки или чиновнику для поручений, откуда он там…

Ратманов постучал. Но дверь была заперта. Прислушался. Постучал еще раз. Опять двадцать пять! Этот Двуреченский вечно играл с ним, как кошка с мышкой. Когда хотел – появлялся, когда не хотел – исчезал, никогда не отчитывался и не извинялся. При других обстоятельствах Георгий никогда не стал бы близко общаться с таким человеком!

Но маятник внизу уже давно пробил время обеда. Жора понуро спустился вниз. Возникла мысль снова пригласить Стешу, но та была в делах. И он решил пойти один.

Вышел из управления, вдохнул морозного воздуха – на улице хоть и была зима, но не столько холодная, сколько обдающая чистотой и свежестью, в XXI веке такого уж нет. Быстро дошел до калачной. Спустился в полуподвал и изменился в лице…

Викентий Саввич как ни в чем не бывало сидел за одним из столиков с полной корзиной мучных изделий и словно дожидался только его одного.

– А, Гимназист, подь сюды, – махнул чиновник, и в этот момент его особенно сильно захотелось ударить.

Ратманов не сошел с места.

– Да поди ж ты сюда, говорю, – повторил Двуреченский нетерпеливо. – Уже четверть часа тебя здесь дожидаюсь.

У Георгия слегка натянулись нервы. Но он подошел. Схватил из корзины самый большой пирожок. И даже не присев, демонстративно употребил его в пищу.

– А аппетит хороший нагулял, свежо на улице сегодня, – констатировал Двуреченский и подвинулся, чтобы Ратманов сел рядом. – Давай, давай, я не кусаюсь.