Подарок наблюдающим диковинки городов и чудеса путешествий

Они — те, кто унаследует его царство. Мы встали при его приближении и пожали ему руку. Он спросил меня о моих обстоятельствах и о моем приезде, и ему сообщили об этом. Он поместил меня в одном из шатров[269] ал-йанатибун. Это те люди, которые в нашей стране бывают чем-то вроде слуг. Он прислал мне жареную на вертеле баранью голову и ведро свежего коровьего молока. По соседству с нами находился шатер его матери и его сестры. Обе они пришли к нам и приветствовали нас. После первой трети ночи[270] мать султана прислала нам свежее молоко. У них это время доения, и они пьют молоко в это время и утром. Что же касается хлеба, то они его не едят и даже не знают. Я пробыл у них шесть дней, и каждый день султан присылал мне двух жареных баранов — утром и вечером. Он подарил мне также верблюдицу и десять мискалей золота. И я уехал от него и вернулся в город Такадда.

Рассказ о прибытии ко мне высочайшего повеления

Когда я вернулся в Такадда, прибыл гулям ал-Хаджжа Мухаммада ибн Са’ида ас-Сиджилмаси с повелением господина нашего, повелителя правоверных, помощника веры,[271] полагающегося на Господа миров, с повелением, приказывающим мне прибыть в его высокое присутствие. Я поцеловал его и немедленно подчинился. За тридцать семь мискалей с третью я купил двух верховых верблюдов, чтобы ехать верхом, и стал готовиться к путешествию в Туат. Я взял провизии на семьдесят ночей, так как на пространстве между Такадда и Туатом еды не найти. Там есть только мясо, кислое молоко и мясо, которое покупают за ткани. Я выехал из города Такадда в четверг в одиннадцатый день месяца ша'бана пятьдесят четвертого года[272] вместе с большой группой спутников. Среди них был Джа'фар ат-Туати, один из достойных людей. С нами был также законовед Мухаммад ибн 'Абдаллах, кади города Такадда. В караване было около шестисот девушек, невольниц. Мы добрались до Кахура, что в стране султана ал-Каркари, а это местность со множеством трав, где люди покупают баранов у берберов, ее населяющих, и режут их мясо на ломти и сушат. Жители Туата привозят это мясо в свою страну. Оттуда мы вступили в пустыню, в которой нет ни населения, ни воды. Пустыня простирается на[273] три дня пути. После этого пятнадцать дней мы передвигались по пустыне, в которой нет населения, но в которой есть вода. Мы добрались до места, в котором дорога, идущая на Гат, разветвляется, и одна ветвь приводит в Египет, а другая ведет в Туат. Там встречаются скопления воды, которая течет по железу, так что, когда в ней вымоют белую одежду, цвет ее становится черным.

Оттуда мы шли десять дней и дошли до страны 'хаггар, а эти хаггар — одна из групп берберов, закрывающих лицо лисамом. Добра у них нет.[274] Мы встретили там одного из старейшин.