Подарок мертвеца

«Эй, ты ведь ведешь курс оккультизма, у вас там поблизости есть кладбище, давай пригласим странную женщину, которая специализируется на розыске мертвых, — пусть она придет и взглянет на это кладбище».

— Итак, ты думаешь, что Клайд заартачился, когда нашли тело Табиты?

— Думаю, да. Или же он не смог смириться со случайным совпадением — не больше, чем мы, или догадался, что тот, кто подговорил его пригласить тебя в Мемфис, должен что-то знать о смерти девочки. Нанли был засранцем, но он не был тупым.

— Верно, — рассеянно произнесла я. — Что ж, думаю, это сужает круг поисков?

— Это не может быть Виктор.

— Почему не может? Держу пари, он уже значится в списке абитуриентов Бингэма. Ведь это его последний год в школе.

— А-а… — протянула я. — Что ж, может быть. Немного притянуто за уши, но ладно. Вот о чем я думаю: и Фелисия, и Джоэл учились в Бингэме. И старшие Моргенштерны, Джуди и Бен, наверняка знают множество людей, которые там учились. Даже если старшие Моргенштерны не учились там сами, все равно они живут в этом городе и четыре года платили за обучение Дэвида. Держу пари, то же самое относится и к Фелисии Харт.

В конце концов, старшие Моргенштерны не такие уж старые. Джуди слишком одолевает болезнь Паркинсона, чтобы она могла дойти до могилы Табиты, но ее муж очень даже подходит.

— Да и Фред Харт тоже выглядит сильным.

— Было бы ужасно, если бы оказалось, что убийца — дедушка девочки, — сказал Толливер.

— Кто бы ни был убийцей, это будет ужасно, — ответила я. — Кем бы он ни оказался. Тот, кто делает такое с одиннадцатилетней девочкой, ужасен превыше всякого разумения. — Я помедлила, чтобы собраться. — Я была в таком шоке, когда нашла ее… У меня не было достаточно времени, чтобы как следует… пережить момент ее смерти.

— Значит, ты хочешь снова исследовать тело? Если Сет Кениг это устроит?

— Он хочет, чтобы я исследовала Клайда Нанли. Конечно, он не знает, что я уже сделала это. Я не хочу снова прикасаться к Табите. Не хочу даже думать об этом. Но я должна быть уверена: я знаю все, что она может мне рассказать.

— Ты хороший человек, — сказал Толливер, застав меня врасплох.

— Вряд ли я такая уж хорошая, есть множество людей, которые бы тебе возразили, — попыталась я скрыть, какое удовольствие доставили мне его слова.

Я посмотрела на часы и нажала на кнопку, чтобы проверить дату. Вдруг что-то всплыло в моей памяти.

— О господи, пора позвонить девочкам.

Толливер сказал то, из-за чего у меня покраснели бы уши, если бы я не слышала эти слова уже сотни раз. Но нынче он не запротестовал, хотя часто возражал против этого испытания, которому мы подвергали себя каждые две недели.

Мы подождали, пока войдем в нашу комнату.