Подарок для герцога. Вернуть отправителю!

– Ей та цена, которую ты за нее отдашь, – меланхолично выдала богиня и отвернулась.

Я быстро кинула золотую монетку на блюдце перед ошалевшей торговкой и сняла клетку с крючка. Уверена, она не станет возражать, если мы заберем замерзшую пташку вместе с упаковкой.

– Держи, юродивая, – прошипела я вслед Миланке и всучила ей подношение.

– Ох, до чего приятно! – ухмыльнулась она и протянула мне руку. Под самый нос. Для поцелуя.

Видит Сато, я ей сейчас волосы повыдергаю!

– Тише, Лизавета, – Миланка помахала пальчиком перед моим носом. – Забыла, с кем разговариваешь? Я пусть и младшая, но богиня…

– Заноза ты в одном неприличном месте, – выдавила я и опустила руки, стремившиеся к удушению. – Ты получила подношение? Получила. Рассказывай, к чему все спектакли.

– Ты не поняла? До сих пор? Плохо учишься… А я столько сил потратила, чтобы ты попала на «Теологию» у Башелора, – вздохнула девица и сунула тряпичную куклу в карман. – Он славный магистр. Из тех, кто помнит.

– Пятую богиню? – догадалась я по хитрому прищуру. – Ты как-то связана с Лаврой?

– Как-то связана. И крайне болезненно воспринимаю, что Сатар ее позабыл, – проворочала Миландора.

Я сочувственно вздохнула: я в ее трудном возрасте тоже все воспринимала болезненно.

– Нет, представляешь? Я столько энергии вбухала, чтобы пропихнуть в Театре Владыки этот спектакль! Играю каждый вечер с самоотдачей, достойной «Тони»! А эти, с позволения сказать, «культурные аристократы» в закрытых ложах непристойничают… и на сцену даже не смотрят!

– Понимаю твое возмущение…

– Словно то, что я делаю, вообще никому, кроме меня, не надо! – распалялась Миланка на всю улицу, вбивая в снег желтые сапожки.

– Угомонись и не ори на весь Сатар. На нас смотрят.

– Они не видят, – отмахнулась она. – Им кажется, ты сама с собой болтаешь и машешь руками, как сумасшедшая…

– Час от часу не легче, – процедила я и поспешно сунула кулаки в карманы. – Я не местная, я понятия не имею, что у вас тут за божественные конфликты…

– Ее нельзя было забывать, поняла? – Миланка резко остановилась в проулке, поставила клетку на бочку и устремила желтые глаза в небеса. – Лавра есть любовь.

– Несколько пафосно…

– Это не просто красивая метафора, Лизавета. Это суть пятой богини: Лавра несла любовь, и все отвечали ей взаимностью. Ее избирали, ее осыпали подношениями так щедро, что иные завидовали… Понимаешь, хавранка? – допытывалась Милана."

"На всякий случай я мотнула головой: да ни черта!

– Прежние сатарцы осознанно выбирали ее дары из всех прочих благ, что приносимы Шарией, Верганой и Триксет. Нынешние же думают лишь об урожае да о преумножении богатств… Кто-то о безопасности, о защите в военное время. Некоторые – о просвещении, об открытиях. И почти никто не ищет любви.