Предательство одного подарит любовь многих (СИ)

— Или ей становится очень хорошо! Уууу! Дорогая, спокойнее! — мои ручки уже во всю, не стесняясь, стали шарить под его одеждой.

Чем больше я трогала мужа, тем больше в моей голове все остальные мысли вытесняла одна единственная «Хочу его сейчас и не раз». Повиснув на нем как обезьянка, почувствовала, как меня понесли. Куда меня тащат, уже было неважно. Поняла, что мы поднимаемся по лестнице, и скоро почувствовала, как меня попытались положить на кровать. Вот только отцепить меня от себя у мужа не получилось, держалась я очень крепко. Мне казалось, отцепись я, и мое быстро стучащее сердце остановится сразу.

Сколько прошло времени, не знаю, но с каждой минутой низ моего живота будто наливался свинцом. И он там не застывал, а наоборот пульсировал. Кожа начала гореть как при высокой температуре. Зажав между ног бедро Элика, стала тереться об него надеясь, что мне станет легче."

"— Да что такое?! Почему она в таком состоянии? И где наконец Рояна? — шипел Элик, пытаясь удержать меня и не сделать при этом мне больно.

— Сказала, что скоро будет. Елена же ела все то же самое, что и мы. Не думаешь же, что кто-то ее отравил? — беспокойный голос Ларэна меня еще больше возбудил, а не заставил задуматься, что со мной явно не хорошо.

Меня стали удерживать еще одни руки. Муж отцепил мои ноги и старался их зафиксировать. Вот только я не успокаивалась, меня даже такое удержание заводило. От моих стонов мужчины мучились не меньше. Почувствовала, что мои руки стали удерживать только одной ладонью. Вторая ладонь поползла вдоль тела и стала гладить грудь, отчего я стала только еще больше извиваться. Когда ладонь заползла под одежду и, надавив на клитор, стала его ласкать, я за какие-то доли секунды забилась в оргазме.

— Ты что творишь, ей может хуже станет от этих действий?! — заорал муж.

— Что-то я не припомню, чтобы у нас в академии или на корабле от оргазма кто-то умирал. Зато точно помню, как с ума сходили, когда кончить не могли! Вспомни, как десять членов экипажа чуть руки и член не стерли вместе с кожей. Их тогда какой-то гадостью напоили, — орал на него в ответ Ларэн.

— Да, такое за всю жизнь не забудешь. Стирали вдесятером, а от их вида потом у всего корабля болело. Неужели ты думаешь, что и она приняла это, но как? — слышно по голосу, что Элик был уже в панике.

— Не знаю я, могу только предположить, да и не похоже. Мы то все спокойные, если так можно сказать. От ее стонов мне уже давно не спокойно, вот-вот штаны треснут! — голоса я уже путала.

— Ты вообще тихо в углу сидеть должен за свою глупость, а не мою жену трогать! — шипел Эл.

— Нашел время, когда об этом поговорить. Успокойся, Рояна уже поднимается! — после слов Ларэна дверь в комнату открылась с грохотом, и по полу застучали каблуки.