Подари мне жизнь (СИ)

Но теперь-то он не беспомощный мальчишка, он вполне состоятельный человек! И он решительно произнес:

- Давайте реквизиты, я оплачу операцию вторую! Только у меня одно условие - никто не должен знать, что это я оплатил! Мне не нужна реклама. И девушке тоже внимание папарацци ни к чему, если они узнают.

Врач радостно засуетился, нашел в компьютере все данные по счету Риты в их клинике, распечатал и вручил их парню. Тот поспешил на выход, он и впрямь задержался. У лифтов он чуть не столкнулся с Ритой, которую сиделка катила на кресле от лифтов. Он прижался к стене, пропуская их. А потом стоял, глядя ей вслед. Он ещё не знал, что это их последняя встреча. Во всяком случае, пока.

Вернувшись в офис компании, узнал, что тур по США перенесли на одно время с релизом, завтра день на сборы и в ночь они вылетают в Лос-Анджелес.

Накануне у меня был тяжёлый разговор с мамой. Как только она появилась в Скайпе, я сразу поняла, после первых же ее слов, что-то случилось. Конечно, я ее не видела, но голос своей мамы я хорошо знаю. И после ее слов о моем здоровье и сколько там человек передают мне приветы и пожелания скорейшего выздоровления, я ее невежливо перебила:

-Мама, что случилось? Вы с папой здоровы?

Мама подавила всхлип и бодро продолжила:

-Конечно, Ритуля, мы здоровы! Вот на дачу покупателей мы уже почти нашли, папа сейчас в автосервисе, хочет нашу машину немного отремонтировать, чтобы продать подороже. Вот ещё гараж и наша квартира… Наверное, все вместе и хватит...

-Мама, что ты несёшь? Какие продажи, ты о чем?

И тут мама заплакала. Вытирая слезы, рассказала, что она сегодня ходила к заму генерального по социальным вопросам, узнать, когда холдинг перечислит деньги в сеульскую клинику на мое лечение. И получила ответ, что эти расходы не были заложены в бюджет и поэтому денег на эту статью расходов нет. И смысла в дальнейших разговорах он не видит.

Маме пришлось уйти ни с чем. Уже в коридоре догнала ее подруга Вера, секретарь того самого зама. Сочувственно вздыхая, она, оглядываясь, полушепотом поведала маме, что деньги переводить запретил тот самый Павел Петрович. Он долго орал в кабинете на ее шефа, но своего добился. Зам сдался. Павла Петровича перевели в Москву, но холдингу от этого не легче - он теперь его курирует.

Вот после этого мама с папой и решили срочно продавать всю нашу недвижимость и движимость. Я не стала говорить маме, что даже всех этих денег не хватит. Просто сказала маме, чтобы не смели ничего продавать, ещё не хватало, чтобы родители, на старости лет, остались даже без своего жилья.

Понятно, что я ночь не могла уснуть, проплакала, уткнувшись в подушку, чтобы никто не слышал… Поэтому, ничего нового в разговоре с моим врачом для меня не было. Решение я приняла ещё ночью и озвучила его врачу.