Подаренная чёрному дракону

Глава 32 Дьярви

Мы приближались к опущенному мосту. За нами внимательно следили столпившиеся слуги и жители прилегающих к замку деревень. Столько страха было на их лицах. А ещё некая озабоченность. Они шептались, показывая пальцами на тихо плачущую девушку на моих руках. Мне были неприятны её редкие сдерживаемые слёзы.

Опустив голову, она наивно полагала, что я не понимаю её состояние.

Стиснув челюсть, сдерживал рвущуюся наружу ярость зверя. Он неистовствовал.

И я разделял его гнев.

Моя розочка, моё совершенство, вместо того чтобы счастливо улыбаться своему супругу, оплакивала того, кто похитил её из постели. Того, чьи люди спалили храм и наверняка ещё с вечера убили жрица. Тело явно провисело там ни час и ни два до начала пожара. А она защищала его.

И это яростной тьмой окутывало моё сердце.

Странное чувство. Никогда ещё я не испытывал такую лютую злость.

Я вспомнил, как она кричала в сумерках в лесу, как звала на помощь.

Такая слабая, измученная, напуганная.

Её утащили из собственной спальни, гнали в лес как какую-то бестолковую скотину, а она смеет молить меня о пощаде.

Нет, я не готов был пойти ей на уступки. Я никогда не смилуюсь над ним. Любой мужчина, что занимает её мысли, будет уничтожен.

Любой! Соперника я в живых не оставлю!

- Дьярви, друг мой, если ты и дальше будешь прожигать всех таким взглядом - народ разбежится и непросто по домам, а в соседние земли, - тихий шёпот Брека отвлёк меня от собственных мыслей.

- Тебе лучше сейчас помолчать, - сдерживая эмоции, прошипел я.

- Конечно, и всё же больше радости и милости на лице.

Повернув голову в сторону друга, я улыбнулся ему, как он того и просил.

- Лучше, брат, и дальше иди мрачным как туча, это как-то менее пугающе, - раздался за моей спиной голос Вегарта.

Поджав губы, я ещё раз осмотрел собравшийся здесь люд. Оборванцы. И это их лучшие наряды, в которых они явились на пир к лорду.

- Когда прибывают обозы? - тихо спросил я у всех разом.

- Завтра должны быть уже здесь.

- Найдите среди местных портних и оденьте приличнее хотя бы женщин и детей. А то такое чувство, что я в столице в окружении бездомных из подворотни.

- Это траты, - тихо шепнула Кнесе.

- Это вложение в свой народ: чем они здоровее и сытнее, тем работают лучше.

Мне никто не ответил. Но я и так знал - выполнят. Дешёвой шерстяной ткани в обозах было с избытком.

Розанна продолжала молчать.

Пройдя по мосту, мы, наконец, попали во внутренний двор. Не удержавшись, свернул не на крыльцо, а к позорным столбам, у которых стояли хмурые перевертыши.

Я чётко уловил момент, когда Густов поднял голову. Столько гнева в его глазах.

- Явился позлорадствовать, генерал? - процедил он.

- Нет ничего приятнее, чем униженный и поверженный враг.