Месть подана, босс!

Я посмотрела на себя и остолбенела, даже рот приоткрылся от удивления.

– Это что?

Из зеркала на меня смотрит… шатенка. Шатенка, мать вашу! Рассвирепев, я оборачиваюсь к Алику и встаю с кресла.

– Ты что наделал?

– Я сделал из тебя конфетку, – осторожно отвечает Алик и начинает потихоньку пятиться назад.

И вовремя, потому что я в бешенстве. Я хватаю расчёску, лежавшую около зеркала, и запускаю ей в своего приятеля.

– Конфетку? Какую еще конфетку? Алик!

– Ты просто не тем глазиком посмотрела на себя, – торопливо убегает от меня Алик, – взгляни ещё разочек!

– Я на тебя сейчас не так посмотрю, парикмахер несчастный!

Я хватаю распылитель и брызгаю в сторону Алика, улепётывающего от меня со всех ног.

– Стилист! – голос Алика срывается на визг, когда в него попадают брызги воды. – Стилист, а не парикмахер!

Я отбрасываю распылитель и пускаю в ход тяжелую артиллерию. Я беру в руки бутылку шампуня и целюсь в Алика, который мечется из одного края своего салона красоты в другой.

– Тыковка моя, поставь его на место, пожалуйста! Ты же сама недавно ставила все расходные материалы на приход и знаешь, какой он дорогой! А если бутылка откроется и выльется содержимое, мне потом за полгода салон не отмыть!

– Какая я тебе тыковка?

– Согласен, – осторожно говорит Алик, – от твоей былой рыжины не осталось и следа. Сейчас ты шоколадка!

Я верчу в руках бутылку шампуня и со вздохом ставлю её на место. Мельком гляжу на своё отражение в зеркале.

– Ты привыкнешь, – бодро заявляет Алик и бочком, словно краб на пляже, движется в мою сторону. – Садись, в ногах правды нет.

Я опускаюсь в кресло и рассматриваю новую себя. Непривычно, чёрт побери. Теперь и кожа выглядит белее, и глаза выделяются на лице совсем иначе.

– И всё же я хотела совсем не то! Мне нужен был пепельный блонд, Алик! Я же даже показывала тебе фото. Сейчас все так ходят! А ты… Тьфу на тебя! Больше никогда тебе не доверю свою голову.

Алик подходит и садится в соседнее кресло, закидывает ногу на ногу и подпирает голову рукой. Ага, принял позу мыслителя. Сейчас начнет меня уму-разуму учить. И точно!

– Послушай, Ксю… Блондинкой я тебя сделать не смог по нескольким причинам. Во-первых, с пепельным блондом ты выглядела бы как старушенция, а твоя кожа приобрела бы сероватый подтон. Оно тебе надо? Выглядеть как полуживой труп… Ну, серьезно, Ксю. Не твой цветотип!

– А вдруг бы неплохо смотрелось? Макияж поярче – и дело в шляпе?

– Нет, – отрезает Алик, – не вышло бы. Доверься профессионалу.

– Ага, профессионал через анал, – фыркаю я.

– Фу, как грубо! – бьёт меня по руке Алик. – Скажи спасибо, что мы дружим не первый год. Я тебя знаю, как самого себя, потому не обижусь на твои слова. Уверен, ничего плохого ты не хотела сказать.

Всего пара фраз – и я уже пристыжена.