Под защитой твоей тьмы

Парализованная услышанным, я теперь не могу вымолвить ни слова. Он прав. Прав. Я действительно никому не нужна. Вдова… пустышка для всех… А расскажу кому-нибудь, что это не так, и за мной начнётся настоящая охота.

Ларус знает, что я не посмею раскрыть свою тайну. И пользуется этим.

Но смириться… нет, это немыслимо. Я умру, если он ещё хоть раз посмеет ко мне прикоснуться.

И тут, словно спасение, в соседнем помещении слышатся поспешные шаги.

3.2

− Госпожа, у вас всё в порядке? Ваша охрана сказала… — возникает на пороге Олви. Завидев нависшего надо мной мужчину, испуганно умолкает и замирает на месте.

Пожирающий меня взглядом Ларус криво усмехается, выпрямляясь.

− Что ж, сестричка. Рад был, наконец, тебя увидеть. Готовься. Утром отправляемся.

Демонстративно облизнув губы, он отворачивается и неспешным шагом удаляется из купальни. Посторонившись, Олви опускает глаза в пол и с застывшим лицом приседает в книксене.

Я же чувствую, как силы покидают меня. Чуть не теряя сознание от удушающей паники, жадно вдыхаю влажный воздух. Перед глазами пляшут тёмные пятна.

− Госпожа, − сочувственно зовёт меня служанка, когда стихают шаги.

− Подай мне сухое полотенце, Олви, − прошу срывающимся голосом. Оставаться в купели после такого уже просто не могу. Ларус одним своим присутствием здесь всё осквернил.

Не дожидаясь служанки, я поднимаюсь и сама неуклюже выбираюсь из каменной чаши.

− Держите, госпожа, − возникшая рядом Олви заботливо набрасывает мне на плечи льняное полотно, помогая укутаться.

− Король ещё не прибыл? — спрашиваю, сглатывая.

− Ещё нет. Но говорят, уже скоро приедет. И дэйр Мартан с ним. Его тоже сейчас нет во дворце.

Вот как? Его просто нет. Может, он и не знает, что я вернулась.

Зачем ему интересоваться светлой пустышкой, которая ему отказала? Правильно, незачем.

А мне незачем думать об этом демоне. Забыл? Вот и хорошо, вот и замечательно.

Пугливо оглядываясь, я возвращаюсь в основные покои. Даже, когда король Танраггос сошёл с ума, я ощущала себя здесь в большей безопасности. Но Ларусу хватило нескольких минут, чтобы вдребезги разрушить это.

− Как он сюда попал? Почему его пустили? — спрашиваю уже в спальне, поспешно облачаясь в выбранное Олви платье. На этот раз не хламида, но всё равно чёрное.

Пусть об Оссиане моё сердце больше не скорбит, снимать траур я пока не собираюсь.

− Лорд Бертиан уже несколько дней во дворце, − шепотом объясняет мне моя молочная сестра. — И он всех убедил, что вы очень близки, что он очень беспокоится о вас и ждёт не дождётся встречи. Я встретила знакомую горничную и немного расспросила. Его здесь считают вашим родным братом. Видимо, потому стражники и пропустили его в это крыло. А то, что в покои вошёл, это, наверное, я виновата. Дверь в спешке плохо закрыла, когда уходила.