Под защитой бандита

Баро хватает меня за талию и втягивает к себе на колени, лицом к лицу, вынуждая оседлать его. Не позволяет прийти в себя. Ни грамма ласки и нежности. Хватает за шею, сжимает, другой рукой дёргает молнию, расстёгивая платье на спине, тянет его с плеч. Хочется, чтобы он растерзал меня. Мне сейчас это нужно. Чтобы запомнил собой мою пустоту. К черту ласку, нежность, любовь! Не нужно забывать, кто такой Барон.

Впиваюсь ногтями в его руку на моей шее, расцарапывая. Баро возбуждённо ухмыляется, не отпуская. Цепляемся взглядами. Его – горящий, жёсткий, возбуждённый, и мой – поплывший. Дёргает лямки бюстгальтера, тянет вниз, обнажая грудь, перекатывает между пальцами соски, сжимает. Стон срывается сам собой, закатываю глаза от удовольствия и болезненного возбуждения. Это не секс – какое-то дикое помешательство.

Шумно выдыхаю, когда он отпускает мою шею, начиная лихорадочно задирать платье. Впивается пальцами в колготки. Треск. Рвет капрон между ног. Отодвигает трусики, проходится пальцами по складкам, задевая клитор. Содрогаюсь, всхлипываю, закатывая глаза. Это как удар током, шокирует. Я уже мокрая. Его пальцы грубо проскальзывают в меня – один, второй, третий. Растягивает, одновременно оставляя засосы на моей груди, кусая соски. Это так много для меня и одновременно хочется большего. Всего, что он может дать.

Ёрзаю, сама насаживаясь на его пальцы. Мне хочется глубже, сильнее, больнее, чтобы наполнил меня собой до конца. Его жадные губы поднимаются выше, лихорадочно целуют, оставляя отметины на моих плечах, шее. Прогибаюсь, позволяя Баро все. Дергаю ворот его рубашки, пытаясь расстегнуть пуговицы, руки дрожат. Ничего не выходит, и я отрываю чертовы пуговицы, проходясь ногтями по его голой груди. Дергаю его ремень, пытаясь расстегнуть, содрогаясь от каждого толчка пальцев. Он что-то говорит, но я ничего не слышу, я плыву на бешеных волнах возбуждения. Наконец, справляюсь с ширинкой, отодвигаю боксёры и сжимаю его уже каменный большой член.

— Бл*ть, Ася! — рычит мне в ухо. Жалобно стону, когда Баро вынимает из меня мокрые пальцы и массирует клитор.

— Возьми меня! — требую, двигая рукой по его горячему, пульсирующему члену. — Пожалуйста! — молю, потому что это невыносимо. Мне хочется быть заполненной им.

Баро ухмыляется, приподнимает меня и насаживает на член. Резко, до конца. Вскрикиваю, глотая воздух. Это снова больно, как в первый раз. Я не привыкла к его размерам. Замираю, упираюсь лбом, закрывая глаза, чувствуя, как мужчина хватает меня за бедра и стискивает их, не позволяя пошевелиться. Никогда не испытывала удовольствие через боль, как физическую, так и душевную. Мне кажется, одно его движение – и меня разорвет от экстаза. Но Баро не двигается. Дышит глубоко, со свистом, мне в губы.