Записки под партами

Надоели эти переживания, хочу шелковое сердце, как в песне, когда не болит и не чувствует.

По дороге проезжают одна машина за другой, светофоры сменяются, а я все из своих мыслей не могу уйти. Думаю, что если бы дождался ответа от матери, крышу бы сорвало окончательно. Наверняка, она устала от моих хождений. Так замыкаюсь в себе, что когда кот выбегает неожиданно под колеса, едва успеваю нажать по тормозам. Машина сзади почти влетает меня, но вовремя выворачивает руль. Дыхание сводит, но нет, жизнь не проносится в мгновенье ока, как пишут в книжках.

Просто замираю, пытаясь отойти от легкого шока. Водитель той легковушки проезжает мимо и в открытое окно орет на меня трехэтажным, но честно, настолько плевать, что не обращаю на него внимание.

Сжимаю руль крепко, перевожу взгляд в сторону кота. Жив ли он там, успел ли пробежать. Жаль отчего-то зверюшку. Глупый, зачем выбегать так под колеса. Хотя кто знает, какие у него были причины. Собираюсь уже поехать дальше, как замечаю знакомую фигуру. Она идет по мосту мрачная такая, одинокая. И какой-то придурок на велике пытается маневрировать мимо пешеходов, орет, кажется, судя по губам, но Тася его не слышит. Сбивает ее с ног, сам слетает с двухколесного и коробка сверху еще. Девчушка падает на мокрый грязный асфальт и вдруг начинает плакать. Парень что-то говорит ей, но не помогает подняться. Хватает свою коробку и снова на велик прыгает.

Смотрю на нее в лобовое стекло, смотрю, как грязными руками растирает слезы по щекам, и сердце выворачивает наизнанку. Все ее обидные фразы и просьбы не помогать больше, забываются вмиг. Выскакиваю из машины, не думаю ни о чем. Просто иду к ней, просто плевать на все, хотя сам пару минут назад тонул в болоте своих эмоций.

Тася плачет, нет, ревет на взрыв, как ребенок маленький. Я даже останавливаюсь буквально в полушаге от нее. Теряюсь и не сразу понимаю, что случилось, где больно, ушиблась, может или это душевная рана. Потом приседаю на колени перед ней, это какой-то внутренний интуитивный поступок, и обхватываю руками хрупкое холодное дрожащее девчачье тельце. Прижимаю к себе, не знаю, как еще успокоить. Глажу легонько по влажным рыжим волосам, а она шмыгает носом, упираясь в мою грудь.

Сидим так, минут десять, может больше. Не знаю, что в таких ситуациях обычно делают. Поэтому молча пытаюсь прижать покрепче к себе, может хоть так смогу привести в чувства. Никогда никого не утешал. Хотя нет, было дело, но там другое. Совсем другое.

Пока глажу ее по волосам, начинаю переживать, что она замерзнет. Все-таки моросит ужасно, да и ветер поднялся, а мы на холодном асфальте. Да и крутка у нее какая-то легкая уж очень, заболеет ведь.

— Тась, — решаюсь позвать девчушку по имени и медленно так, очень аккуратно отстраняюсь.