Под маской, или Страшилка в академии магии (СИ)

— Ладно, тогда хороших тебе выходных и счастливого праздника Годового круга.

— И тебе тоже. Если что — звони, я обязательно что-нибудь придумаю.

Так и расстались. А я загрустила. Новый год — или, как здесь говорят, Годовой круг — с детства был для меня самым долгожданным праздником. Даже более долгожданным, чем день рождения. Но в этот раз я уверена, что счастья он мне не принесет.

Достала из кармана местный аналог мобильного телефона, который работал на магии, вздохнула и засунула его обратно. Вряд ли Грег и в самом деле сможет меня вытянуть из дома опекуна. Не стоит эту игрушку с собой даже и брать. Если ее найдут, точно будет хуже. А то, что все мои вещи тщательнейшим образом перетряхнут, я почему-то не сомневалась.

Как бы я ни оттягивала время, как бы ни не хотела никуда идти, а на следующий день мне пришлось отправиться в путь.

Я вышла из портала и даже опешила от открывшейся картины. Меня встречал сам хозяин дома, разодетый, будто собирался на какой-то светский раут, и тетушка, на чьих губах играла такая приветливая улыбка, что хотелось предложить ей уксуса, чтобы выражение ее глаз хоть как-то соответствовало выражению лица.

Меня тут же обступили с обеих сторон, забрали из рук старый потрепанный чемодан и чуть ли не под локотки повели в комнату. Только, к удивлению, вовсе не в ту, в которой я жила ранее, а в другую: большую, комфортную, шикарно обставленную. От таких перемен я поначалу даже опешила, а потом меня обуял безотчетный страх, который лишь усилился, когда я увидела забитый новыми шикарными платьями шкаф.

Но вопрос со всеми этими странностями очень быстро разрешила тетушка. Не успела я толком оглядеться, как она бесцеремонно вошла в комнату и, снова расплывшись в неискренней улыбке, спросила:

— Что именно? — на всякий случай уточнила я. Уж больно много всего было необычного.

— Все! — сказав это короткое слово так, будто лично украшала мою новую комнату и шила мне платья, она демонстративно развела руками. И, даже не пытаясь выслушать мой ответ, затарахтела сама. — Мы с Бурингильчиком решили, что тебе, убог… эээ… болезной, до этого и сравнить-то было не с чем! Откуда тебе знать, что такое настоящая роскошь, которую мой племяшка может предложить? Вот мы и решили тебе показать.

Ее пухлые щеки во время произносимой тирады даже заблестели от выступившей испарины. Видимо, очень уж ей не терпелось все это мне высказать.

После этого повисла тишина. Она явно ждала от меня чего-то, а я только и могла думать о том, что сейчас с удовольствием обменяла бы эти шикарные апартаменты на свою комнату в общежитии, пусть даже и со Сьюки в довесок. И только удивлялась, какое своеобразное объяснение они нашли моей несговорчивости.