Соль под кожей. Том второй (СИ)

Честно говоря, несмотря на то, что я знаю, под кого они копают и зачем, общение с этими типами все равно нервирует. Особенно на фоне того, что теперь я знаю, как скрупулезно старый боров подстилал себе соломку буквально везде. Пару якобы_моих косяков они уже вырыли. По мелочи, само собой, но ожидание очередной подставы держит в постоянном напряжении.

— Я выйду перекусить, пока мой желудок не начал звонить в службу спасения.

Забрасываю на плечо сумку, в которой ношу свой личный ноутбук, даю секретарше знак, что в случае чего она обязана сразу мне звонить и покидаю офис. Я всегда была трудоголиком, но сейчас каждый выход в мир живых людей кажется мне долгожданным освобождением из рабства.

Добираюсь до ближайшего ларька, заказываю себе шаурму с двойной порцией курицы и овощей, морс и сворачиваю в ближайший сквер. Сегодня пасмурно и прохладно, так что почти все беседки — свободны. Занимаю ту, что с видом на маленький пруд с утками, усаживаюсь поудобнее, чтобы быстро организовать рабочее пространство» — соединяю ноутбук с телефоном, проверяю, работает ли камера. И только когда стрелки часов почти приближаются к назначенному времени, проверяю сообщения от Вадима. В знак согласия, он прислал две буквы: «Ок». Мы как будто участвуем в необъявленом соревновании кому на кого больше плевать."

"Проверяю папку, куда я накануне скинула все отсканированные Оксаной документы и все, что у меня в принципе есть на Завольского-старшего. Не так уж мало.

Вадим опаздывает. Тридцать одна минута второго, тридцать пять.

Я мысленно обещаю себе, что ровно в четырнадцать ноль ноль собираюсь и ухожу: во первых, действительно не времени, во-вторых — раз у нас теперь такие правила игры, что ж, я готова их усовершенствовать. Но Вадим звони через две минуты, как раз в тот момент, когда я, уже где-то смирившись, что сегодня мы «не увидимся», откусываю большой кусок шаурмы. После почти двух месяцев непрекращающейся тошноты, меня начала одолевать прямо противоположная проблема — теперь я до смерти хочу есть. Почти всегда. Есть что-то жирное и вредное. После похудения (и помня, каким потом и слезами оно мне далось) я напрочь искоренила в себе вредные пищевые привычки, но вуаля — они вернулись. И сопротивляться им с каждым становится все сложнее.

Кусок настолько большой, что прожевать его моментально нет никакой возможности. Так что, когда принимаю входящий вызов, за секунду до того, как на темном экране ноута появится лицо Вадима, вижу собственное отражение — с соусом не губах и раздутыми щеками.

— Привет, Лори, — говорит Авдеев, но в ответ я только машу салфеткой.

Отлично. Зашибись. Пока он сидит на роскошном диване и выглядит как бог даже в растянутой домашней футболке и потертых старых джинсах, я тут косплею сумасшедшего хомяка.