Соль под кожей. Том второй (СИ)

Мы даже ни разу не обсуждали мою личную жизнь, потому что я постоянно ухожу от любых попыток Марины разузнать мои планы на будущее, хотя в последнее время она почти перестала это делать. А про наше с Вадимом «случайное единоразовое приключение» знают вообще только двое — я и он.

— Ты же крутишься в этом бизнесе, — продолжает Марина как раз за секунду до того, как я успеваю предположить самое хреновое — что Вадим все-таки решил рассказать ей о нас. — Завольский-старший, мой покойный муж и Вадим… Прости, Лер, я должна была тебе рассказать, но подумала, что это может… не знаю… добавить тебе проблем?

— Твой муж и папаша Андрея вели общие дела? — продолжаю прикидываться шлангом, но с каждой минутой этого разговора чувствую себя все гаже.

Пока еду в сторону бизнес-центра, Марина делится своей версией произошедшего. Но ее рассказ какой-то скомканный — она часто перескакивает с одного на другое, говорит что-то, а потом сама себя исправляет. И делает большие паузы, чтобы справиться со слезами. Я несколько раз пытаюсь ее остановить, но она упрямо продолжает. К тому времени, как я притормаживаю на стоянке около кафе напротив офисов, Марина пересказывает почти ту же версию, которую я уже слышала от Вадима, но с одним существенным отличием — в ее версии этой истории, она попросила Вадима оставить Завольского в покое и забыть планы мести.

— Это страшный человек, Лера, — говорит она, глядя на меня припухшими от невыплаканных слез глазами. — Не представляю, где ты берешь столько сил, чтобы каждый день…

Она запинается, а потом порывисто обнимает меня крепко-крепко и так же неожиданно отстраняется.

— Если бы я была хотя бы в половину такой же смелой, как ты, то сказала бы мужу о том, что у меня роман с другим мужчиной.

— С его… другом? — уточняю я, все еще как последняя дура надеясь, что речь может идти о каком-то другом «мужчине», а Вадим во всей этой истории действительно просто случайная переменная.

Марина горько улыбается, покорно кивает и шепчет, что она, конечно, заслуживает осуждения.

— Слушай, я просто уточнила. Ты не обязана ни перед кем отчитываться за свою жизнь и поступки. — Зачем я только спросила? Тоже мне, «облико морале», пробу ставить негде.

— Никто из нас этого не планировал, Лера, — уже в который раз повторяет она, как будто все время пытается вымолить себе прощение.

— Я ничего не хочу знать, — предпринимаю еще одну настойчивую попытку ее остановить. Я уже узнала больше, чем планировала — например то, что Вадим, мягко говоря, сильно лукавил, когда говорил, что секс с Мариной у них случился только однажды, и было это после того, как она стала вдовой.