Соль под кожей. Том второй (СИ)

Я ни хера не ханжа и обожаю татуированных девушек, но Лори… Она как будто раскрылась в них. Выставила напоказ свой внутренний код, который невозможно расшифровать, пока не проникнешь к ней в нутро.

Она садится на край пирса, опускает ноги в воду.

Я подплываю впритык, высовываюсь до пояса и опираюсь руками на свободный край досок, стараясь не дотрагиваться до нее даже краем локтя. У нас уговор. А лично у меня еще и табу. Хотя в этом купальнике в горох и с милой оборкой на попе, она выглядит как первородный грех. Обе этих тряпочки максимально закрытые и приличные, никакой никто между полужопками и двух ленточек на сосках, в этом купальнике можно запросто пойти даже в ресторан. Но я вижу все равно слишком много открытой кожи, чтобы продолжать делать вид, будто Валерия не девушка, а мой генеральный директор.

— Привет, Ихтиандр, — улыбается она, и за полупрозрачными стеклами очков я хорошо вижу ее хитрый прищур."

"— Что? — безошибочно угадываю ее довольную улыбку в придачу.

— Жду, когда ты скажешь, что был очень, очень сильно неправ, когда отказывался ехать в отпуск.

Она ловко сует ладонь в воду и брызжет мне в лицо.

А я едва сдерживаюсь от искушения дернуть ее за ноги в воду.

Вместо этого еще сильнее «наваливаюсь» на пирс, как будто от того, будут ли там мои руки зависит судьба человечества.

— Спасибо, что привезла меня сюда. Лори. Готов повторять это раз в час.

— Всего раз? — Она делает вид, что недовольна, но быстро оттаивает и поправляет шляпу так, что теперь тень почти полностью скрывает ее лицо. — Что сказал Павлов? Предупреждаю, Шутов, что сейчас ты в воде и если снова попытаешься уйти от ответа, клянусь, я тебя утоплю и меня почти не будет мучить совесть. А в офисе скажу, что тебя утащила гигантская самка краба.

Я силюсь не заржать, но смех разрывает мои легкие, из-за чего я просто с головой ухожу под воду. Несколько секунд в шутку барахтаюсь, пока вдруг не понимаю, что чьи-то руки отчаянно тащат меня на поверхность. Выныриваю, стираю с лица воду и обнаруживаю рядом перепуганную Лори, с глазами точно такого же размера, как у одноименной обезьянки.

— Ты в порядке?! — волнуется она. — Все хорошо?! Давай я помогу доплыть до берега.

Черт.

Так теперь всегда будет? Каждый раз, когда я споткнусь или у меня потекут сопли, Валерия будет кудахтать надо мной как мама-наседка? Когда я планировал держать ее в вечной френд-зоне, то явно не рассчитывал перенести ее роскошное тело и великолепные мозги в категорию «мамочка». У меня, блять, сроду никого там не было, потому что я никогда не мечтал о маме, папе, семье и прочей мягкотелой херне. Я всегда хотел только сытно жрать, желательно, не чужие объедки.

— Все хорошо, — спокойно реагирую на ее заботу.