Под прицелом моего сердца

"

"— Когда ты будешь рожать, — спокойно проговорил муж, одеваясь и натягивая ботинки, — Меня лучше усыпить, чем заставлять друзей устраивать погром в офисе или поджигать мою машину и выманивать из дома обманом.

Начала смеяться.

— Она что, решила испортить все имущество Велизара? — не поверила я.

— Типа того, — вздохнул Сургут, — Говорит, делайте что хотите, только не пускайте буйного папашу домой ближайшие пять-шесть часов. Нет, она совсем чокнулась! — уже начал возмущаться муж, — Мне весь офис охранки и половину Клуба придется разнести, чтобы он на полчасика оставил свою Феню дома. А она у меня шесть часов требует!

— Я верю в тебя! — с пафосом проговорила я.

— Меня усыпить, лады? — потребовал Емеля, перестав ругаться, и поцеловал меня, улыбаясь.

— Когда? Как только схватки начнутся? — лукаво поинтересовалась я.

— Я пошутил! — заявил муж, когда мы садились в машину, потом, подумав, вздохнул, — А хотя нет, не пошутил.

Как только я оказалась в роддоме, где должна была рожать сестра, Сургут уехал. 'На дело'- как пояснил он, звоня Дану и требуя его помощи. Агафья должна была приехать в течение часа, как только Велика выманят из дома. Когда сестра появилась в приемных покоях под ручку с Марго, я уже отыскала врача Агафьи и предупредила о скором появлении роженицы.

— И чего там? — полюбопытствовала я, — Сургут выполнил твою просьбу?

— Выполнил, — поморщилась сестра, очевидно, пережидая приступ схваток, — Примчался и увез Велика в неизвестном направлении.

Марго рассмеялась.

— Ничего, покатаются по городу в поисках вредителей, а когда вернуться, мы уже внучку родим, — расписала Маргарита план действий на ближайшие часы.

Оставалось только надеяться на силы и фантазию Емельяна и Даниеля, потому как удержать Велизара от Агафьи будет и правда крайне сложно.

Когда крохотный комочек — София Велизаровна Элистратова — появился на свет, я позвонила мужу. И выйдя на крылечко, решила подождать парней тут. Спустя двадцать минут к роддому подкатило такси. На крыльцо начали трудное и длительное восхождение три совершенно пьяные тушки. Первым, и судя по виду, самым трезвым шел Велизар. Хмурый и злой как черт. Следом, пошатываясь, и что-то говоря другу, шел Дан. Замыкал процессию мое чудо, самое пьяное, едва передвигающее ноги, с подбитой бровью и веселым блеском в глазах.

— Я тебе припомню, ***, Сургут! — злобно проговорил Велизар и пролетел мимо меня.

— Лис, да брось ты! — пробормотал Даниель, — Мы ведь помочь хотели.

— И тебе припомню! — рыкнул Велик, не оборачиваясь. Велизар исчез в здании роддома, а Даниель вернулся на улицу. Сургут же, увидев меня, расплылся в счастливой улыбке.

— Золотце! — едва ворочая языком, проговорил муж.