Под прицелом моего сердца

— Кстати, — голос Златы прервал мое любование ее лицом, — По поводу досье. Если у 'ментуры' на меня такие сведения, почему я до сих пор на свободе?

Хохотнул.

— Девочка моя, — вздохнул я, — Вот о чем-то другом не тянет поговорить? Но я отвечу, пока твои мысли не залетели в совершенно не понятном мне направлении. Досье не ментов. Досье мое личное.

— А как же дело и папка из твоего кабинета? — удивилась ведьмочка, — Там страниц сто на меня.

— Неа, — рассмеялся я, — Там дело столетней давности. На тебя нет ни строчки. Твое имя вообще нигде не фигурирует. Ни клички, ни упоминания о родне Борзого. Ничего.

— Так ты что тогда читал? — продолжала спрашивать Злата, поднимаясь и садясь в кровати. Я был не согласен. Вставать не хотелось. Бессонная и нервная ночь давали знать о себе. Еще и организм до конца не реабилитировался после болезни.

— Золотце, — попросил я, — Вернись, а. Твой мужчина устал, и хочет спать.

Злата послушно легла рядом.

— Я жду, — тактично напомнила малышка. Улыбнулся. Упертая она у меня.

— Да по памяти читал, твое досье у меня вот тут, — постучал по виску пальцем. Закрыл глаза и вновь прижался к ведьме, — Все надежно припрятано, ни улик, ни доказательств.

— А как же последнее ограбление? — удивилась девочка, — Я ведь сейф вскрыла.

— И что там было? — я открыл глаза, пытливо всматриваясь в глаза своей ведьмы, — Что забрал твой Павел?

— Он не мой! — упрямо вздернула ведьмочка подбородок. Улыбнулся.

— Ага, — согласился я.

— Там была флешка, — ответила моя девочка. Такс. Все чудесатее и чудесатее.

— Значит, Борзому понадобилась инфа, — пробормотал я, садясь в кровати. Нестерпимо захотелось курить. Даже пальцы зачесались.

— Даже и не думай! — грозно предупредила меня малышка.

Удивленно глянул на ее воинственное лицо.

— Курить, говорю, не думай! — девочка встала с кровати, и, отыскав в стопке с чистым бельем мою футболку, надела ее, — Лучше давай поедим.

— Ага, давай, — согласился я, поймав ее за руку и притягивая к себе. Обняв за талию, прижал к себе, — Говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. К моему — через язву.

— Я запомню, — серьезно проговорила моя ведьма. И аккуратно высвободившись из моих рук, пошла на кухню. Я, отыскав чистые шорты, пошел следом.

— Кстати, — поинтересовался я, включая чайник, — Золотце, а ты в курсе, чей сейф вскрыла?

— Беркутовича какого-то, — пожала плечами Златка."

"— Стыдно, — мягко пожурил я малышку, суетившуюся у плиты, — Стыдно не знать авторитетов города.

— Я бы вообще никого не хотела из них знать, — пробормотала Злата. Вздохнула. Посмотрела на меня, — И что теперь?

— Теперь поедим, а то голодный я у тебя, — пожал я плечами, — Завтра с человечком одним встречусь. Заявление мое об уходе подпишут. Потом распишемся тихо.