Под покровом ночи

Она часто падала в грязь или рвала свое платье, или эоняла посуду, которая разбивалась. В столовой кусок всегда норовил упасть с вилки прямо ей на колени, а стакан молока, за которым она тянулась, выскальзывал из рук и опрокидывался на скатерть. Нескладеха, как называла ее Джесси.

Роанна вздохнула. Она всегда бывала неловкой и неуклюжей под пристальным взглядом бабушки. Хорошо она себя чувствовала только верхом на лошади. Да, она упала с Молнии, но лишь потому, что привыкла ездить на пони, а Молния была такой большой, что Роанна никак не могла обхватить как следует ногами ее бока. Но обычно она сидела в седле, как орешек в скорлупе, — так говорил Лойел, а он был главным бабушкиным конюхом и знал, что к чему. Роанна испытывала блаженство, скача верхом на лошади. Ее тело, казалось, парило над землей, а ногами она ощущала работу лошадиных мускулов, сливаясь с лошадью в одно летящее целое. Так что жить в поместье означало, кроме всего прочего, возможность ездить верхом каждый день, и Лойел научит ее, как обращаться с большими лошадьми. А самое главное — она останется рядом с Уэббом.

Соскочив с кресла, Роанна выбежала из комнаты и стремглав понеслась по коридору. И тут же, забыв, что на ней выходные туфли, поскользнулась на дубовом полу и налетела на стол. За ее спиной раздался негодующий крик тети Глории. Не обращая на нее внимания, Роанна навалилась на тяжелую входную дверь всем своим маленьким телом. Дверь раскрылась, и Роанна помчалась через лужайку к Уэббу.

Но на полпути она вспомнила о смерти родителей, и слезы брызнули из глаз.

Увидев девочку, Уэбб отпустил пальцы Джесси и протянул руки к Роанне. Подбежав, она уткнулась ему в колени.

— Ты ведешь себя неприлично, Роанна, — быстро сказала Джесси, — пойди вытри нос!

Но Уэбб вытащил носовой платок и вытер ее слезы. Ее маленькое тело сотрясали рыдания, а он нежно гладил ее по голове.

— Роанна, прекрати! — крикнула Джесси,

— Перестань, — Уэбб крепче прижал к себе Роанну, — у нее погибли родители.

— У меня тоже погибла мама, — поджав губы, сказала Джесси, — но я из-за этого не обливаю всех слезами с головы до ног.

— Ей всего семь лет. — Уэбб пригладил растрепавшиеся волосы Роанны.

Она, конечно, была надоедливым маленьким существом, и ему было трудно от нее отделаться, но Джесси следовало быть помягче с этим ребенком.

Полуденное солнце пробивалось сквозь листья деревьев и искрилось в каштановых волосах Роанны, заставляя их сверкать золотисто-красноватыми искорками.

Похороны трех членов их семейства состоялись несколько дней назад, и Люсинда Давенпорт горько переживала, потеряв сразу обоих своих детей — Дэвида, отца Роанны, и Джанет — мать Джесси. Горе последних дней пригнуло ее к земле, но не сломило.