Под покровом ночи

Бабушка все равно почти никогда не была ею довольна.

Подойдя к двери, Уэбб оглянулся, и на мгновение их глаза встретились. Потом дверь за ним закрылась, и Роанна со вздохом опустилась на стул. После его ухода мир стал мрачным и тусклым.

Единственным местом, где она чувствовала себя совершенно свободно, была конюшня. Вскочив со стула, Роанна стремглав бросилась к своим лошадям.

Когда в девять тридцать пришел пассажирский поезд, на котором должны были приехать Глория и Гарлен, Роанна едва это заметила. Вместе с Лойелом она приучала к седлу норовистого годовалого жеребенка, которому гораздо интереснее было играть со своими братьями, чем учиться, Роанне и Лойелу понадобилось много терпения, чтобы их труды увенчались успехом.

— Ты меня утомил, старик, — сказала она наконец, похлопав по глянцевой коже животного.

В ответ игривый жеребенок толкнул ее так, что она отлетела на несколько шагов.

— Все это можно было сделать гораздо проще, — тяжело дыша, сказала она Лойелу.

Тот рассмеялся, глядя, как жеребенок скачет и резвится, словно большой щенок.

— Что ты можешь предложить? — Он никогда не оставлял без внимания ее идеи.

— Почему бы нам не начать приручать их в более раннем возрасте? Тогда бы ему не пришло в голову гонять меня по всему загону.

— Что ж, интересная мысль. — Лойел в задумчивости куснул соломинку.

Лойел был крепким худым пятидесятилетним мужчиной. Около тридцати из этих пятидесяти он провел в Давенкорте. Постоянная работа на воздухе сделала его лицо темным, как будто вырезанным из дерева. Он спал, ел, дышал вместе с лошадьми и не мог представить для себя лучшей работы.

В Алабаме было принято выдерживать жеребят до года и только потом начинать обучать их, но в словах Роанны был смысл. Лошади должны привыкать к людям с самого рождения, если они будут есть и играть рядом с людьми, а не бегать дикими до года, их будет легче потом обучать. К тому же лошади были бы не так пугливы, и с ними было бы меньше хлопот кузнецу и ветеринару.

— В марте ожеребится Кокетка, — сказал он, — и мы можем попробовать на ее жеребенке. Интересно, что из этого выйдет.

Лицо Роанны просияло, карие глаза засветились, и Лойела поразило, какой хорошенькой она стала в это мгновение. Конечно, подумал он, ей никогда не стать такой красивой, как мисс Джесси, но эта девочка еще удивит многих. Роанна была его любимицей. Мисс Джесси, неплохая наездница, никогда не любила лошадей и не делала лишнего шага в конюшне. В глазах Лойела это был страшный грех.

В половине двенадцатого Роанна без всякой охоты вернулась домой для ленча. Она бы с удовольствием осталась на конюшне, но тогда бабушка стала бы ее разыскивать, так что делать было нечего. Впопыхах помывшись и переодевшись, она провела щеткой по растрепавшимся волосам.