Под покровом ночи

— Сегодня — большой прием у мисс Люсинды.

— Вы считаете, что он может быть среди гостей? — спросил Уэбб. Вообще-то он тоже подумал об этом.

— А что, неплохой шанс что-нибудь разузнать. Я слышал, что придет так много народу, что ему не составит труда пробраться в дом незамеченным.

— Шериф, я знаю, что вы приглашены. Вы собираетесь прийти?

— Конечно. Боули тоже будет. Кстати, мне бы хотелось подключить его к этом делу. Хитрый старый лис может очень помочь расследованию.

— Хорошо, скажите Боули, но больше никому, ладно?

— Да-да, конечно. — Шериф опять взглянул на машину Уэбба. — Отвезти вас прямо домой?

— Нет, тогда все начнут задавать вопросы. Давайте сначала в город. Я достану другую машину, а вы позаботитесь об этой. Если кто-нибудь спросит, скажу, что попал в аварию. — Он взглянул на часы. — Мне нужно поторопиться, чтобы успеть домой к приему.

Через полчаса должны были начать съезжаться гости, а Уэбб еще не вернулся. Семейство уже было в сборе, включая Ивонн и Сандру. Ивонн в волнении мерила шагами гостиную, да и Люсинда давно уже нервничала.

Роанна тихо сидела в стороне, ничем не обнаруживая своих чувств. Она приказала себе не думать об авариях на дороге. Ее родители погибли в автокатастрофе, и от одной мысли о такой возможности девушка начинала сходить с ума. Сама она ездила на машине очень осторожно. Уэбб не мог попасть в аварию, просто не мог.

Наконец хлопнула парадная дверь, и Ивонн побежала в прихожую.

Поцеловав запыленное лицо Уэбба, она спросила:

— У меня были проблемы с машиной, — осторожно отстранив ее, Уэбб через две ступеньки бросился вверх по лестнице. Через пятнадцать минут он спустился вниз, свежевыбритый, в смокинге и черном галстуке. На этом костюме настояла Люсинда.

— Прошу прощения за опоздание, — сказал он, обращаясь ко всем. Подойдя к бару, открыл дверцу, вынул бутылку с текилой и, налив себе полстакана, залпом осушил его. Поставив стакан на стол, он окинул всех беспечным взглядом.

— Ну что ж, приступим к нашим играм, господа. Роанна не могла отвести от него глаз. Несмотря на его строгий наряд, что-то в нем напоминало ей морского разбойника из детских книжек, хотя смокинг сидел на стройной фигуре так, как будто он в нем родился.

Со времени того ночного разговора они больше не оставались наедине. Уэбб запретил ей выполнять любую работу до тех пор, пока доктор не скажет, что с ней все в порядке. После возвращения из больницы первые несколько дней ей хотелось только одного — тихо сидеть в кресле. Головная боль была очень сильной, и тошнота не проходила. Сегодня она чувствовала себя немного лучше, но сомневалась, что сможет танцевать.

Все эти дни Уэбб был занят, и не только делами в городе.