Под парусами. Свободные (СИ)

Нужно было бы надеть кольцо, подаренное женихом. Сейчас, после окончания регаты, уже не осталось причин, чтобы держать его среди вещей.

- Все-таки? - Кеша уселся напротив, подперев кулаком щеку. - Детка, после стольких ночей в одной кровати, мы уже как сестры. Облегчи душу.

- Точно, - рассмеялась девушка.

- Итак?..

Улыбнувшись, она открыла рот, чтобы сказать обычное ""люблю"", и не смогла. Блок. Будто кто-то внезапно стер это слово из памяти. Даже воспоминания ничем не смогли помочь. Многочисленные встречи, общие праздники, томительно-нежная близость... Ведь было же все так прекрасно, так искренно, а сейчас... Перебрала все, а сказать ""люблю"" не получалось. Для этого, самого важного слова не хватило эмоций. Потускли. Одна неделя регаты выглядела ярче и радостнее, чем годы жизни до нее.

- Иногда мне кажется, что я его боготворю, - вырвалось совсем другое признание.

Собеседник нахмурился. Он не понимал.

- Витя… Он словно из железа. Из самой прочной стали. Не знаю, существует ли на свете что-то, что ему не по силам. И порой мне от этого страшно.

- Страшно?

- Наверное, это очень глупо звучит, - Аля до боли сжала пальцы. - Его жизнь - непрекращающееся покорение Эвереста. Для него это нормально. Ежедневный подвиг. А я карабкаюсь, карабкаюсь и все равно не могу подняться так высоко. Не дотягиваюсь. Куда мне? И в результате...

Вдох-выдох. Нужно было договорить, хотя бы для самой себя. Хоть раз.

- Кеша, в результате он один. Совсем. Даже, когда мы вместе. Понимаешь?

- Девочка моя.

- Я это чувствую. И это…

- Жутко… - он закончил за нее.

- Очень.

Через секунду плечо розовой рубашки стало мокрым от слез. Скопившаяся беспомощность рвалась наружу. Дни, недели, годы сложнейших отношений и недосказанности прозрачными каплями стекали по щекам. Кеша, успокаивая, гладил по голове недавнюю клиентку, ворчал что-то себе под нос и качал головой. Минута откровения закончилась неожиданно для обоих. А капитан все не приходил.

***

Вечер следующего дня

Длинное красное платье, алая помада на губах, туфли на шпильке - она была безупречна. Эталон красоты и не юной прелести, а зрелого женского великолепия. Холеное тело, теплый ласковый взгляд, уверенность в себе. Мужчины будут сворачивать шеи, оглядываясь. Коллеги и старые знакомые, даже зная, что им ничто не светит - пытаться флиртовать.

Она знала. Это доставляло удовольствие. Заставляло глаза сверкать, подобно бриллиантам на шее. Блистать завистникам назло. И что бы ни сочиняли о ней злые языки, смешать ее с грязью у них не было шансов. Она такая, какая есть. Свободная женщина, вольная искушать и искушаться.

""Вольная?"" - мысленно переспросила у себя. Пышная грудь медленно поднялась на вдохе. Веки опустились на глаза.

- Каролина, дорогая, мы тебя уже заждались! - раздался женский голос из гостиной ее люкса.