Под маской

Он посмотрел на него, перестал смеяться, и на его губах появилась натянутая улыбка:

― Кит сказал мне, что я могу вас поздравить.

Сэр Бонами, глядя на него с такой же опаской, с какой человек смотрит на кобру, сказал:

― Да, да! Очень тебе признателен, Денвилл! Значит… у тебя нет возражений!

― Что? ― воскликнула почтенная вдова. Она резко перевела взгляд с сэра Бонами на леди Денвилл. ― Значит, вот в чем дело! Ну и ну!

― Да, мэм, ― весело подтвердила леди Денвилл, ― именно так! Сэр Бонами оказал мне честь, предложив мне свою руку, и я приняла его предложение.

― Вы приняли его предложение? Ну, ― язвительно сказала вдовствующая леди Стейвли, ― если это так, то это единственный разумный поступок из тех, о которых мне известно, Амабел!

Сэр Бонами, не обращая внимания на это замечание, воспользовался удобным случаем, чтобы высказаться, и вполголоса серьезно произнес:

― Возможно, тебе это не понравится, Денвилл! Разумеется, это мое самое сокровенное желание, но ты не должен обижаться! Ты должен просто сказать мне об этом! Потому что я ни за что на свете не встану между тобой и твоей мамой!

На мгновение злорадные взгляды близнецов встретились над его бедной головой. Суровость исчезла из глаз Ивлина.

Он достал из кармана табакерку, ловко открыл ее и, протянув ее сэру Бонами, сказал:

― Не хотите ли понюшку? В самом деле, попробуйте моего табака, сэр!

― Это не совсем то, что мне сейчас надо, но, ― спасибо, мой мальчик! Я часто думал, что у тебя за смесь ― немного старого «Гаврского», я полагаю, и щепотка, не больше, «Французского отборного», конечно, смешанного с…

― Совершенно верно, сэр, и он не покажется вам сухим!

Беря понюшку, сэр Бонами вдруг затрясся в приступе неудержимого смеха.

― А, вот здесь я как раз и оказался немножко более проницательным, чем предполагал Кит, он тебе об этом рассказал, нет? Он не умеет даже открывать табакерку твоим ловким приемом!

― О, он никогда этому не научится! ― сказал Ивлин. ― Он любит курить сигары.

― О нет! ― воскликнул глубоко потрясенный сэр Бонами.

Почтенная вдова раздраженно вмешалась в разговор:

― А теперь слушайте меня, ― скомандовала она, властным жестом ударив своей тросточкой по ковру. ― Вы очень мило тут беседуете, но если вы думаете… любой из вас!.. что я дам свое согласие на это сомнительное дело, то вы глубоко ошибаетесь!

― Но, бабушка! ― возразила Кресси, отпуская руку Кита и садясь рядом с почтенной вдовой.