Под маской

Она лишь склонила свою прелестную головку перед этой бурей и смиренно произнесла:"

"― Я знаю, я знаю, но я в самом деле не думала, что это может быть источником стольких неприятностей! Это моя ошибка… я виновата во всем! Говорите все, что хотите про меня, мэм, но, пожалуйста, пожалуйста, не вините в этом Кита!

В конечном итоге подобная тактика сослужила ей хорошую службу, и Кресси, уже бросившаяся было на ее защиту, поняла это. Престарелая леди раздраженно воскликнула:

― Ради Бога, не начинайте плакать, Амабел! Вы просто дурочка и всегда были такой, в этом все дело! А что касается вашего драгоценного Кита, то пусть он сам решает свои проблемы! У него на все хватит наглости!

Из этого Кресси, всеми силами развлекавшая генерала, пока во время обеда вдовствующая особа обменивалась краткими, но язвительными репликами с мистером Фэнкотом, сделала вывод, что он не окончательно упал во мнении ее бабушки.

― Я должна вам кое-что сказать, молодой человек, ― говорила вдовствующая леди тихим голосом, который не звучал от этого менее угрожающе.

― Я знаю, мэм, ― отвечал он. ― Я желал бы одного ― сказать вам больше, чем «простите». Но, увы, ничего больше я сказать не могу!

― По-моему, ― сказала она, бросив на него свирепый взгляд, ― вы воображаете, что стоит вам только улыбнуться мне, и этого будет достаточно, чтобы обвести меня вокруг пальца!

― Разумеется, нет, ― удивленно ответил он.

― С таким же успехом у вас хватит наглости сказать мне, что вы сожалеете о вашем поступке!

― Нет, мэм! Вы слишком хорошо разбираетесь в жизни, чтобы поверить в такую наглую ложь! Как я могу сожалеть об этом?

― Да я просто, ― сообщила она ему, ― дала бы вам затрещину, господин нахал!

На этом их разговор прервался. В испепеляющем взгляде, который она бросила на мистера Фэнкота, не было никаких признаков того, что она хоть немножко смягчилась; но позднее, когда сей развратный джентльмен вошел в длинную гостиную, по ее глазам было заметно, что она несколько оттаяла.

Генерал не был расположен злоупотреблять гостеприимством леди Денвилл. Сославшись на то, что ему нужно проехать еще пятнадцать миль, он удалился, как только выпил чашку чая. Кит проводил его вниз к экипажу и уже собирался сказать Нортону, чтобы тот прислал к нему Фимбера, когда увидел, что верный хотя и деспотичный оруженосец ожидает его на площадке лестницы.

― Прекрасно! Ты мне нужен! ― сказал он, быстро поднявшись по ступеням и беря Фимбера за руку. ― Фимбер, я должен поговорить с моим братом! ― шепотом сказал он. ― Мы договорились встретиться в десять часов, но ее светлость приказала, чтобы чай подали немножко раньше, чем обычно, и через несколько минут все будет спокойно.