Под маской

 ― Сегодня утром тебе стало лучше, ты вскочил с кровати и тотчас же отправился домой, живой и здоровый как всегда. С каких это пор ты стал со мной хитрить. Ив?

― Нет, нет, я вовсе с тобой не хитрю! Просто это длинная история, и я думал, с чего начать!

― Ладно, начни с того, как тебя занесло в Кроуборо.

― О, я ехал не в Кроуборо. Я ехал в Нетворт. Ты знаешь, Кестер, это деревня недалеко от Натли, где живет наш бывший кучер Джон со своей замужней дочерью, после того, как наш отец отправил его на пенсию. Когда я был здесь, Гудлей сказал мне, что он становится все слабее и все время спрашивает о нас с тобой. Я поехал повидать беднягу. Господи, ты помнишь, Кестер, как он обычно ставил один из экипажей во дворе, сажал нас на кучерское место и учил держать вожжи?

― Конечно, помню. Но если бы ты поехал навестить старого Джона, ты бы не стал отделываться от Челлоу.

― Ох, нет. Это было по пути, а направлялся я в Танбридж-Уэллс и думал, что смогу просто повернуть на боковую дорогу из Акфилда…

― Клара! ― выкрикнул Кит.

― Да, верно, но как, черт подери, ты узнал? Если от этого сплетника Челлоу, то будь я проклят, если стану и дальше его терпеть! Меня бесит, что они с Фимбером кудахчут надо мной как две наседки!

― О Кларе я узнал не от него. Он сказал только, что у тебя в Танбридж-Уэллсе есть любовница, но не знал, кто она и где живет. У него бы сильно испортилось настроение, если бы он узнал, что она слегла оттого, что ты разбил ее сердце! ― Ивлин рассмеялся.

― Клара? Хотелось на это посмотреть! Она из-за меня и слезинки не прольет! И ни из-за кого другого.

― Наоборот. Она не прекращает лить слезы с тех пор, как узнала о твоем вероломстве. У нее сразу началась истерика.

― Ты прекратишь рассказывать басни? Не смеши меня: мне больно смеяться! Клара ― самая веселая маленькая задорная курочка на свете, и ей на всех наплевать. А что касается разбитого мной сердца, я готов биться об заклад, что мое место в ее сердце уже занято. И я полагаю, что знаю кем. Кто тебе наговорил такой чепухи?

― Ее любящая родственница, и я тебе за это очень благодарен, братец!

― Что? ― Ивлин так резко выпрямился в кресле, что поморщился от боли. ― Ты хочешь сказать, что эта свирепая мошенница приходила сюда, чтобы меня разыскать? Кестер, ты, надеюсь, не дал себя в обиду?

― Только оплатил почтовую карету.

― Ладно, слава Богу! Господи, Клара разнесла бы ее на клочки, если бы узнала об этом. Я встретил ее лишь один раз, и с меня достаточно!

― С меня тоже, ― сказал Кит.

― Бедный брат! ― с сожалением сказал Ивлин. ― Тебе пришлось с ней повозиться. ― В его глазах запрыгали смешинки. ― Я бы дал пятьсот фунтов, чтобы на тебя посмотреть. Она тебе поведала о своих славных временах?

― И еще как! Кто был тот маркиз, который содержал ее на широкую ногу?

― Не знаю.